Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Свобода и справедливость в либеральной общественной мысли XX в.

Основу либеральной идеологии изначально составляли духовные ценности, принципиально значимые для исторической эволюции западного общества: представление о человеке как самодостаточной личности, сфор­мировавшейся на основе естественного тяготения к самосохранению и самореализации, о равенстве людей в правах на личную свободу, неприем­лемости любых форм деспотизма и произвола. Уязвимость же классическо­го либерализма была связана с индивидуалистической трактовкой этих принципов, ярко выраженной социальной элитарностью, отказом от конст­руктивного анализа проблем социальной справедливости. Преодолеть эти противоречия была призвана обновленная версия либеральной идеологии, сформировавшаяся на рубеже XIX-XX в. - социальный либерализм.

Социально-либеральная идеология базировалась на особой трактовке категории «свободы». Новое поколение либералов рассматривало свободу в качестве принципа общественной жизни, а не основы суверенитета личнос­ти. Они призывали не противопоставлять «свободного человека» обществу, а бороться за создание «свободного общества». Тем самым свобода должна была превратиться из символа независимости немногих в основу справед­ливой и счастливой жизни всех. Для этого общество было призвано обеспе­чить каждому своему члену минимальные условия жизнедеятельности, позволяющие реализовать собственные способности и таланты, занять достойное место в общественной иерархии и получить адекватное вознаг­раждение за общественно полезный труд.

Восприятие свободы как позитивного социального принципа застав­ляло либералов пересмотреть свое отношение к идее социальной справед­ливости. В концепции социального либерализма сохранилось крайне отри­цательное отношение к уравнительным эгалитарным принципам и пред­ставление о важнейшей значимости индивидуальной инициативы и ответ­ственности. Однако считалось, что общественное развитие невозможно без эффективной системы социального взаимодействия. Переосмыслению под­верглась и трактовка частной собственности — цитадель индивидуалисти­ческого мировоззрения. Пришло четкое понимание роли общества в охране собственности и эффективном функционировании любых ее форм. Это, в свою очередь, вело к осознанию права-государства, как представителя общественных интересов, на вмешательство в сферу собственнических отношений для обеспечения консенсуса между отдельными социальными группами, в том числе между работодателями и наемными работниками, производителями и потребителями.

Идеология социального либерализма не отрицала полярность классо­вой структуры индустриального общества, однако ориентировалась на дос­тижение гармонии в отношениях классов и групп на основе их взаимовы­годного сотрудничества. Большая роль отводилась государственным рефор­мам в экономической и социальной сфере, в том числе антимонополисти­ческому регулированию, расширению трудового законодательства, системы социального страхования. Первые попытки встать на путь таких преобразо­ваний в ведущих странах Запада предпринимались уже в начале XX в., однако они не увенчались значительным успехом. Окончательное закрепле­ние идеологии социального либерализма произошло лишь в 1930-х гг., на фоне «Великой депрессии» и триумфа кейнсианской экономической теории.

Кейнсианство сыграло огромную роль в эволюции либерализма. Ха­рактерно, что и сам Джон Кейнс являлся активным членом английской либеральной партии и непосредственно участвовал в разработке партийных программных установок в духе идей социального либерализма. Кейнсианс- кая теория привнесла в доктрину либерализма представление об активной общественной роли государства, акцентировала значение социально-эконо­мических факторов общественного развития. Еще большее значение для эволюции либеральной мысли имело формирование в американской науке особого междисциплинарного направления - институционализма.

Представители первого поколения институционалистов Т. Веблен, Д. Коммонс, У. Митчелл особое внимание уделяли роли социальных норм и традиций, неформальных правил и культурных стереотипов в развитии общества. По их мнению, вся эта система «институций» («установлений») складывается спонтанно, без рациональной целесообразности, как побоч­ный результат взаимодействия множества людей, преследующих собствен­ные интересы. Но в дальнейшем «институции» приобретают устойчивый характер и оказывают мощное регулирующее влияние на людей. Стабиль­ность общества, по мнению институционалистов, зависит не только от эффективности, но и от исторической преемственности институциональной сферы, ее сбалансированности, тесной взаимосвязи формальных и нефор­мальных институтов.

После Второй мировой войны институционализм превратился в одно из ведущих течений общественной мысли. В работах Дж. Гэлбрейта, Дж. Бьюкенена, У. Ростоу, Г. Мюрдаля был представлен целостный анализ развития индустриального общества. Особенностью воззрений второго поколения институционалистов стало подчеркнутое внимание к пробле­мам социокультурной и институциональной обусловленности поведения человека. Представители институционализма объявили о гибели «старо­го» капитализма с присущими ему социальным неравенством, забвением общечеловеческих интересов, кризисами и диспропорциями. Усиление государственного вмешательства в экономику рассматривалось ими как залог еще более значимых, фундаментальных преобразований, необходи­мая предпосылка для формирования принципиально нового типа соци­альных отношений. Именно инетитуционалиеты сформировали либераль­ную версию концепции «государства благосостояния». Под «обществен­ным благосостоянием» они понимали не только высокий уровень жизни, но и целостную систему государственной политики, направленной на реализацию принципа социальной справедливости. Основным средством обеспечения общественного благосостояния считалось создание социаль­но ориентированной смешанной экономики, основанной на многообразии форм собственности, со значительной ролью государственного планиро­вания, оптимизацией моделей потребления.

Важный вклад в становление концепции социального государства внесло одно из ведущих течений экономической мысли XX в. - фрайбургс­кая школа ордолиберализма (лат. «ordo» - порядок, строй). Основателем ее являлся немецкий экономист Вальтер Ойкен. Ордолибералы выступали в защиту свободного рыночного механизма, но не вопреки, а благодаря государственному вмешательству. Государство рассматривалось ими в каче­стве института, призванного обеспечить эффективность и сбалансирован­ность всего хозяйственного порядка. Но государственное вмешательство не должно подменять действие рыночных механизмов. Ойкен чрезвычайно негативно относился к идее перераспределения государством совокупного дохода в целях стимулирования спроса. Задачей государства, с его точки зрения, является создание такого порядка, когда свободное предпринима­тельство и конкуренция естественным образом приведут к отбору наиболее эффективных форм производства. В послевоенной Западной Германии со­здание таких «рамочных условий» в экономике стало важнейшей целью правительственной политики. Людвиг Эрхард, «отец» немецкого послево­енного «экономического чуда», разработал на основе идей ордолиберализма концепцию социального рыночного хозяйства.

На протяжении 1960-х гг. в развитии либеральной идеологии наме­тился раскол. Характерной чертой стало формирование «антиутопическо­го» течения общественной мысли. В антиутопиях отразились растущее разочарование в либерально-демократических идеалах, опасения гряду­щего тотального господства транснациональных корпораций. В подобном ключе были созданы романы «О, дивный новый мир» О. Хаксли, «1984» и «Звероферма» Дж. Оруэлла, «Механическое пианино» К. Воннегута, «451° по Фаренгейту» Р. Брэдбери, «Конец вечности» А. Азимова. В более опти­мистическом духе были выдержаны футурологические исследования пред­ставителей институционализма. Большинство из них вполне позитивно относилось к росту могущества монополистических корпораций. Корпо­рации рассматривались ими как своего рода ячейки «коллективистского капитализма», особая форма обобществления воспроизводства. Важней­шее значение придавалось способности корпораций ускорить научно- технический прогресс.

Большую известность приобрела книга Джона Гэлбрейта «Новое ин­дустриальное общество» (1967). Гэлбрейт полагал, что научно-технический прогресс изменяет сущность властных отношений в обществе. Усложнение производства и технологии, акционирование собственности подрывает по­зиции традиционных предпринимательских групп и передает бразды прав­ления технократам, менеджерам. Принципы управления корпорацией, пере­несенные на все общество, по мнению Гэлбрейта, способны упорядочить социальные отношения, ликвидировать конфликтность, создать основу для реализации общих интересов и создания «общества изобилия». Мобилиза­ция же материальных ресурсов, вызванная научно-технической революцией, может обеспечить достаточную ресурсную базу для реализации такого проекта.

Наступление эпохи «нового индустриального общества» пытались ос­мыслить в своих произведениях и другие авторитетные представители инсти­туционализма - У. Ростоу, Р. Лрон, 3. Бжезинский, Д. Белл. К началу 1970-х гг. эта линия в развитии общественной мысли привела к формированию целого направления футурологической литературы, ориентированного на прогнозиро­вание постиндустриальных тенденций общественного развития.

На протяжении 1970-1980-х гг. либеральная общественная мысль ока­залась в состоянии глубокого идейного кризиса. Причины его были связаны с дискредитацией идеологии «государства благосостояния». Западное об­щество переживало сложнейшую социально-психологическую и институ­циональную перестройку. Ценностные ориентиры социального либерализ­ма, его футурологические прогнозы, рецепты экономического роста и соци­альной солидаризации оказались неактуальны. Но именно в эти годы начинает складываться принципиально новое направление либеральной мысли. Толчком для его формирования послужила публикаций в 1971 г. книги Джона Роулса «Теория справедливости». Полемика, развернувшаяся вокруг концепции Роулса в последующие годы, вернула либеральную мысль в русло политической философии и сконцентрировала на ключевой для нее проблеме - взаимоотношений индивида и государства на основе обще­ственного договора. Первые итоги этой дискуссии подвел сам же Роулс, опубликовавший в 1992 г. обновленный вариант своей теории в книге «Политический либерализм».

В своих размышлениях Роулс отталкивался от наиболее сложной для либералов дилеммы - справедливость или свобода. По его мнению, спра­ведливость следует рассматривать как совокупность наиболее важных со­циальных, правовых, политических и экономических институтов, позволя­ющих эффективно распределять преимущества и тяготы среди членов общества. «Приоритетным благом» для человека Роулс считал не те или иные материальные ресурсы, а возможность максимально гибко и эффек­тивно достигать собственных целей. Свобода выбора является непремен­ным условием для реализации этого «блага». Но проблема заключается в том, чтобы свобода и равенство в шансах были обеспечены для каждого члена общества. Подобное справедливое устройство невозможно обеспе­чить ни административными, ни сугубо экономическими средствами. Роулс доказывал, что единственным основанием справедливости может быть общественный договор - узаконенные условия вступления граждан в систе­му социальных взаимоотношений.

Общественный договор в версии Роулса - это ситуация гипотетичес­кого выбора, некая «исходная позиция», в которой человек избирает линию своего поведения в обществе. Для того чтобы человек, совершая подобный выбор, следовал принципу справедливости, он должен быть беспристрастен по отношению к собственному положению в обществе. Роулс считал, что это возможно лишь в условиях «вуали неведения», т.е. в ситуации, когда человек не имеет достаточно информации для точного определения своего социального будущего, когда его перспективы остаются «открытыми», а возможности «равными». Тогда, осуществляя выбор, человек всегда пред­почтет общество, где каждому его члену гарантирован «максимум миниму­ма» (т.е. наименее преуспевающие будут находиться в максимально благо­приятном положении). Иными словами, человек оказывается наиболее спра­ведлив, когда пытается обезопасить самого себя. Задача же государства заключается в обеспечении «вуали неведения», т.е. сохранении беспристра­стности и свободы общественного мнения, преодолении корпоративного эгоизма и угрозы коррупции.

Несмотря на некоторые натяжки в своих рассуждениях, Роулс сумел емко выразить ключевую для современного либерализма идею - необходи­мость всемерного укрепления гражданского общества, решения любых социальных проблем на основе консенсуса, обеспечения нейтрального диа­лога граждан и государства, отказа от моделирования тех или иных «рас­пределительных» моделей справедливости. Эти же принципы подробно раскрываются в трудах других идеологов современного либерализма - Р. Нозика, Р. Дворкина, И. Берлина, Д. Уолдрона.


Легенда о добровольном рабстве

 
Разместил: admin

 

Www.IstMira.Com