ПЕЛАСГИЯ, АХЕЙСКАЯ ГРЕЦИЯ, ТРОЯ

ПЕЛАСГИЯ
Греки, сами называвшие себя эллинами, не были древнейшими обитателями южной части Балканского полуострова и островов Эгейского моря. Согласно античной традиции, их предшественниками на этих землях были пеласги. Гомер, называя будущую Фессалию, родину героя Ахилла, «пеласгийским Аргосом», прилагает эпитет «пеласгийская» к Лариссе, одному из фессалийских городов. Знает он и об обитании пеласгов на Крите и, делая пеласгов союзниками Трои, видимо, считает их также обитателями Малой Азии. Авторы V в. до н. э. говорили об обширном пелас-гииском царстве, охватывающем Пелопоннес, об обитании пеласгов в Аттике, а также на западном побережье Малой Азии и на Крите.
Геродот полагает, что они изъяснялись на особом варварском наречии, не похожем на язык соседей. Современные лингвисты, опираясь на дошедшие до нас имена пеласгов, названия принадлежащих им городов (в частности, Лариссы) и некоторые Другие косвенные данные, считают, что пеласги говорили на языке индоевропейского происхождения, т.е. в языковом отношении ы-1и родственниками германцев, славян, кельтов, да и самих гре-Ков- Скорее всего, пеласги — общее название племен, обитавших На лканах и островах Эгейского моря с начала III тысячелетия, когда совершился переход от использования камня к меди и бронзе. Носители пеласгийской культуры на Балканах занимались земледелием. Сама же эта культура была тесно связана с другими, охватывавшими территорию современных Болгарии, Румынии, Молдавии и части Украины, раннеземледельческими культурами юго-восточной Европы, в том числе Южного Приднепровья (Трипольская культура). И античным авторам пеласги были известны как земледельцы (причиной их изгнания из Аттики Геродот называет зависть к умению хорошо возделывать землю).
Из раскопанных пеласгийских поселений более всего впечатляет Лерна на южном побережье Арголиды. Она обнесена массивной оборонительной стеной с полукруглыми башнями. В центре ее -помещение, видимо, общественного назначения, под черепичной крышей. В нем найдено множество оттисков печатей на глине — знаков появившейся частной собственности. В других поселениях пеласгийской эпохи обнаружены обмазанные глиной ямы (хранилища зерна) и крупные сосуды для сохранения иной провизии. О выделении ремесленников в особую прослойку населения свидетельствует раскопанная кузнечная мастерская.
АХЕЙСКАЯ ГРЕЦИЯ
Вторжение ахейцев. В конце III тысячелетия Пеласгия испытывает вторжение пришельцев, которые разрушают Л ерну и дру-j гие поселения и располагаются с ними по соседству. Это были греки-ахейцы, заселившие часть Фессалии, а оттуда передвинувшиеся на Пелопоннес.
Начавшиеся как враждебные, отношения между ахейцами и пеласгами постепенно становятся мирными. Влияние было взаимным, особенно в области религии. Ахейцы воспринимают от соседей культ их богов. В языке пеласгов появляются ахейские слова, в ахейском (архаическом греческом) — пе-ласгийские. Общей для обеих народностей становится слоговая письменность (линейное письмо Б). Историк Диодор Сицилийский называет ее пеласгийской.
История ахейской Греции но археологическим данным изучается в рамках двух периодов — среднеэ.ъшдского и по-зднеэлладского (пеласгийскую эпоху принято называть раннеэлшдским пери-Золотая маска одом>- Характерный показатель пер-
из шахтовой могилы Микен ВОГО ИЗ ахеЙСКИХ Периодов - ИЗГОТОВенная впервые на гончарном круге керамика черно-серых тонов с металлическим блеском. Ее азывают минийской — по племени минийцев, владевшему в Беотии городом Орхоменом. Несколько ранее минийская керамика появляется в Трое. На этом основании некоторые ученые постулируют переселение ахейцев из Северной Месопотамии. Однако большая часть исследователей склоняется к мнению, что предки греков явились из Придунавья и черноморских степей.
Второй ахейский период (с XVI в.) называют также микенским — по столице царя Агамемнона, предводителя легендарного похода на Трою, городу Арголиды, который известен Гомеру как «злато-обильные Микены». Разрушенный в XII в., этот город сохранил свои руины лучше других. Его Львиные ворота (названные так в новое время по фигурам двух львиц по обе их стороны) обращали на себя внимание уже древних путешественников, так же, как и хорошо сохранившаяся купольная гробница. Раскопками Шлимана были выявлены шахтовые гробницы. Их погребальный инвентарь ныне наполняет золотым сиянием дорогого оружия, утвари и украшений работы микенских кузнецов и ювелиров главный зал Афинского археологического музея.
Золотые маски с лиц сохранили внешний облик тех, кого страсть к обогащению гнала в далекие грабительские походы. Это можно было предполагать и раньше с большей или меньшей степенью вероятности, но ныне, после дешифровки обожженных пожаром глиняных табличек с линейным письмом Б Пилосского и других дворцов, мы становимся свидетелями сложных и утомительных расчетов с поставщиками зерна, льна, оливкового масла, с корабельщиками, пастухами, гребцами, кузнецами, представителями многих других профессий. Тот самый царь, которого Гомер рисовал на поле боя или во время пира с равными ему по положению гостями, предстает как прижимистый хозяин, берущий со снабжающих дворец продовольствием или ремесленными изделиями максимум того, что они могут дать. И рядом с царем мы видим его писца, о существовании которого не догадывался Гомер, и этот писец становится если не равной, то самой реальной фигурой дворцовой цивилизации. Графологические экспертизы позволяют отличать одного писца от другого и даже понять характеры некоторых из них: утомленные однообразным трудом, они порой развлекались рисованием человечков и Животных на оборотной стороне табличек.
Писец — персонаж, хорошо известный по памятникам изобразительного искусства и текстам древнего Египта. Это рядовой сложного бюрократического аппарата, сложившегося на Древнем Востоке Сам этот аппарат был порожден особой системой отношен и й собственности, когда землей владел не тот, кто на ней трудился, а владыка двор, ца, получавший часть урожая от своих подданных, обрабатывавших его землю. Наличие писцов и архивных записей о распределении рабочей силы и о доходах, наряду с множеством других факторов, свидетельствует о том, что микенская цивилизация по своей структуре принадлежала к тому же типу, что и современные ей цивилизации Востока. Эгейский мир был западной окраиной восточно!! цивилизации эпохи бронзы, и типологически Афины, Фивы, Пилос, Микены, Орхомен, Иолк II тысячелетия до н. э. принадлежат, строго говоря, не античному, а древневосточному миру. Если мы рассматриваем его в этой книге, то только потому, что античная цивилизация сложилась на той же почве, что и микенская, и мифологическая память людей античного мира была насыщена судьбами обитателей дворцов и преданиями об их подвигах, действительных или мнимых.
Дворцы. Так же, как и на Крите, центрами власти и культуры в микенской Греции были дворцы: на Пелопоннесе - в Микенах, Тиринфе, Пилосе, в Аттике — в Афинах, в Беотии — в Фивах и Ор-хомене, в Фессалии — в Иолке. В отличие от критских дворцов, сначала слабо укрепленных, а затем и вовсе незащищенных, эти мощные крепости, рассчитанные на отражение набегов противника и длительную осаду, что характеризует как внешнюю ситуацию XV—XIII вв., о которой также можно судить по мифам о войнах между Аргосом и Фивами, так и внутреннюю: за стенами дворцов было сосредоточено порабощенное население, представлявшее непрерывную потенциальную угрозу.
Наружные стены дворцов были сложены из массивных, почти необработанных глыб, поражавших воображение более поздних обитателей этих мест, которые называли эти камни циклопическими, поскольку им казалось, что лишь великанам-циклопам было под силу их поднять. Видимо, эти же стены наложили отпечаток и на представления о героях прошлого, наделенных сверхчеловеческой геракловой силой. В лучше всего укрепленном Тиринфе некоторые глыбы достигали двенадцати тонн. По стене, в толщину превышавшей четыре метра, могла проехать боевая колесница. Высота же стен в сохранившейся их части — 7,5 м. Внутри крепости имелись галереи с казематами, хранилищами оружия и провизии и бассейнами для воды. Здесь толщина стен доходила отнялись через хорошо замаскированный подземный ход, ведущий к источнику в нижнем городе.
Менее мощным был Пилосский дво-
еЦ Его обитателем мифы считали Нестора, отличавшегося необычайным долголетием и мудростью. Для дворца Нестора характерна симметричность архитектурного решения, столь чуждая критским дворцам. Главные дворцовые помещения располагались по одной оси и составляли прямоугольный комплекс. Центральный зал с круглым очагом в центре под отверстием в кровле, поддерживаемый колоннами, греки называли мегароном. Стены мегарона в Пилосе были покрыты росписями. Фрагмент росписи, изображавший игру на лире, живо воссоздает картину сидящих вокруг огня владельца дворца и его приближенных, внимающих речитативу аэда, поющего о незапамятных временах.
Из двух примыкающих к мегарону коридоров можно было через дверные проемы пройти в многочисленные подсобные помещения, используемые для хранения оливкового масла и вина, которое было рассчитано, судя по количеству сосудов, не только на обитателей дворца, но и на обмен с соседними, а порой и заморскими территориями (именно такие сосуды находят на далеких Эолийских островах близ Сицилии). Небольшая комната у входа во дворец использовалась как
архив. Здесь писцы наносили на глиняные «страницы» все, что поступаю во дворец, записывали распоряжения администрации. Это первый из выявленных в микенской Греции архивов. Существование их в других местах можно предположить по отдельным табличкам, найденным в Микенах, Афинах, Фивах.
Дворец в Фивах был обнаружен в крепости, известной древним автоРам как Кадмея — по имени мифического строителя финикийка Кадма. Стены дворца, как и в Пилосе, были украшены роспися-Ми- В подсобных помещениях наряду с сосудами, изделиями из золота и других металлов обнаружены цилиндрические печати из ляпис-лазури с клинописными надписями. Владелец дворца, кем бы он ни был, поддерживал связи с Востоком, но не с Финикией (тогда Финикии еще не было), а со страной Ханаан, побережье которой и было позднее захвачено финикийцами.
Создатели мифов, конечно, в таких исторических тонкостях не разбирались, но они сохранили правильное представление об особо тесных связях Фив с Востоком, равно как и о богатстве Фив привлекавших жадные взоры пелопонесских правителей, и о трагических судьбах властителей Кадмеи, которые нашли художественное воплощение в образе и судьбе царя Эдипа и его потомков.
К северо-западу от Фив находилась резиденция мифического царя Миния «золотой Орхомен», с дворцом и купольной гробницей точно таких же размеров, как и так называемая «сокровищница Атрея» в Микенах. К северу от Орхомена, на большом острове посреди Копаидского озера, высилась крепость, занимавшая всемеро большую площадь, чем Тиринф. Видимо, здесь во время нападений извне укрывалось все население обширной Беотийской равнины. Столкновения Орхомена и Фив нашли отражение в мифе о выплачиваемой Фивами правителю Орхомена дани и помощи Фивам Геракла, направившего на Орхомен воды Копаидского озера.»
На берегу глубоко вклинившегося в Фессалию Пегасейского за! лива лежал Иолк, рисуемый мифами как резиденция Пелся и Ясона и исходный пункт экспедиции аргонавтов за золотым руном. На холме, заселенном еще в эпоху ранней бронзы, возвышался дворец такого же типа, что и в Микенах, хотя и меньших размеров.
Организация хозяйственной жизни. Прочитанные письмена ахейцев показывают нам дворцы как сложный хозяйственный комплекс, организующий жизнь не только их обитателей, но и сосредоточенного вокруг них населения — как свободного, так и зависимого. Контроль за деятельностью ремесленников обеспечивался монополией дворца на важнейшие отрасли ремесленного производства, прежде всего кузнечного, а также системой распределения и потребления сырья. Количество металла, находившегося в распоряжении дворцовой администрации, тщательно взвешивалось и фиксировалось в записях.
Дворец в лице царя был верховным собственником части земли, находившейся в пользовании отдельных лиц и подлежавшей контролю царской администрации, хотя формально считалось, что врУ" чает ее ему народ. Существовал и другой вид земельной собственности — общинный («земля, принадлежащая народу»). Она, как и царская, могла сдаваться в аренду.
Обработкой царской земли занимались отряды рабов, сгруппи-ованные по возрасту и полу — женщины с детьми, подростки, мужчины- Самыми крупными, порой доходящими до тысячи и даже двух тысяч человек, были отряды женщин и подростков. Отряды мужчин напротив, были небольшими, не более десятка человек — оче-идно, чтобы свести к минимуму опасность бегства или восстания.
В текстах Пилоса упоминается особая группа невольников — «божьи» рабы и рабыни, выступающие арендаторами общинной или частновладельческой земли. Видимо, это служители храма, находящиеся в подчинении у жречества, которое играло в жизни общества значительно большую роль, чем в античную эпоху.
Документы отмечают большое количество ремесленных профессий: кузнецы, каменщики, плотники, горшечники, портные, оружейники, парфюмеры, ювелиры; упоминаются и врачи. Обитая в округе Пилоса, они вызывались во дворец и работали в нем за определенное вознаграждение. Часть ремесленников получала плату продовольствием, тогда как для другой их части, состоявшей из свободных общинников, работа на дворец была своего рода временной повинностью; их появление на работе не фиксировалось, и они располагали своим временем относительно вольно.
Свободные ремесленники и торговцы зачастую сами владели землей и рабами и могли быть состоятельными людьми. В нижнем городе Микен при раскопках обнаружены дома ремесленников и торговцев второй половины XIV — начала XIII в. Среди них — два дома резчика по слоновой кости, размеры которых говорят о немалых доходах их владельцев. В кладовой виноторговца сохранились 50 больших кувшинов полуметровой высоты и около десятка почти двухметровых пифосов. В доме маслоторговца найдено 30 подготовленных для продажи и уже запечатанных сосудов с маслом. Судя по табличкам с записями, обнаруженным в его доме, этот человек не испытывал недостатка в клиентуре.
Основную массу сельских тружеников составляли мелкие землевладельцы, пользовавшиеся общинной землей и зависевшие от Дворца, в пользу которого облагались трудовыми повинностями и натуральными налогами.
Государственное управление. Тщательно отработанная хозяйственная система, охватывающая главные сферы производства, Располагала разветвленным бюрократическим аппаратом. Территория Пилосского царства была разделена на 9 западных и 7 восточных округов (по разные стороны горного хребта), во главе которых стояли наместники, отвечавшие за сбор налогов и за выполне-Ие повинностей на вверенной им территории. В подчинении наместников находились правители, управлявшие отдельными поселениями. Во дворцах делопроизводством ведали писцы, количество которых в Кноссе микенского времени, скорее всего, превышало сотню, а в Пилосе доходило до пятидесяти. Писцы фиксировали все, что поступало во дворец или выходило за его пределы, в цх документах скрупулезно подсчитано и количество принадлежащих дворцу животных, и число сосудов в дворцовых хранилищах, и численность боевых колесниц, а также поименно перечислены лица призываемые на военную службу. Наряду с писцами использовались различного рода ревизоры, контролирующие местную администрацию, и гонцы, поставлявшие распоряжения дворца.
Во главе государственного аппарата стояло лицо, называемое в текстах ванака, что соответствует более позднему греческому слову «басилей» в значении «повелитель», «царь». О характере власти ванаки в документах нет данных, но судя по окружающему его богатству и по числу подчиненных ему лиц, это был неограниченный правитель восточного типа, а не глава ополчения, вынужденный считаться со своими подчиненными, каким рисует Гомер Агамемнона, царя Микен. Ванаку окружали должностные лица, обозначение которых большей частью не позволяет понять их функций. Это могли быть военачальники, жрецы, придворные.
Междоусобные войны. Найденные тексты не дают никакия деталей для понимания политической истории ахейской Греции. Показывая, однако, что каждый дворец представлял собой самостоятельную экономическую систему, они дают возможность предпот ложить также существование самостоятельных вооруженных сия и, следовательно, собственной политики. Как говорит предание о?; Троянской войне, ахейцы могли время от времени объединяться для выполнения каких-либо общих задач, и правители наиболее сильных государств назначались главнокомандующими сухопутного ополчения или флота. Но остальные правители сохраняли независимость и могли по разным причинам порывать с союзом, как в гомеровском эпосе это сделал Ахилл.
Войны между ахейскими владыками возникали постоянно, и если они не обладали мудростью и дипломатическим талантом мифического Нестора, им оставалось полагаться на крепость своих фортификационных сооружений. Видимо, обычным явлением были осады городов. Не исключено, что легендарная осада ахейцами Трои сконструирована по воспоминаниям о реальной осаде Фив, нашедшей отражение в целом цикле мифов, повествующих о борьбе за власть сыновей царя Эдипа, в которую оказались втянутыми сначала семеро вождей во главе с правителем Аргоса Адрастом, а затем внук Адраста участник Троянской войны Диомед, ставший разущителем Фив. И действительно, обнаружены следы разрушения пожарища Фив. Однако археологическая датировка гибели горо-в микенское время неоднозначна, и у ученых нет уверенности, 5ьпи ли разрушены Фивы до XII века, которым греки датировали Троянскую войну, или позднее. Миф о конфликте с Орхоменом, напротив, рисует Фивы избавившимися благодаря дерзости Геракла оТ дани, первоначально выплачивавшейся Орхомену, и наголову разбившими его войско во вспыхнувшей из-за этого войне.
Отношения с внешним миром. Как показала археология, ахейцы, занимавшие периферию цивилизованного мира, не находились в культурной изоляции. Об отсутствии изоляции политической свидетельствуют также дворцовые архивы хеттских царей, в документах которых микенское царство фигурирует под названием Аххиява (или Аххия). «Илиада» делает малоазийский город Трою противником ахейцев, но о ее местоположении они имеют смутное представление и во время первого похода оказываются не у Геллеспонта, а в Ликии. Из документов же Аххиява предстает как государство, обладающее в Малой Азии прочной базой и втянутое в сложные отношения с соседями. Из первого по времени текста, датируемого примерно между 1440 и 1380 гг. (т. е. за столетие до того времени, к которому греки относили Троянскую войну), явствует, что аххиявец Аттарасий изгнал с контролируемой хеттами территории хеттского ставленника Маддуватаса и вторгся бы в царство хеттов, если бы не встретил достойного отпора. Местом действия документ называет Арцаву, государство, расположенное к югу от владений Аххиявы. Из других хеттских текстов вытекает, что центром этих владений была Милованда, будущий Милет. Примечательно, что грозный Аттарасий (чье имя напоминает «отчество» царя Микен Агамемнона — Атрид) не назван царем. В другом тексте сообщается о противоборстве войска Аттарасия, в котором было сто боевых колесниц, и хеттского войска. В этом столкновении каждая сторона потеряла по одному воину, после чего Аттарасий вернулся в свою страну (речь, очевидно, идет о сражении, решенном, как это бывало в древности, единоборством). Далее сообщается о вступлении Маддуватаса, ставшего к этому времени независимым правителем, в союз с Аттарасием и об осуществлении последним похода на Кипр.
Ряд хеттских текстов датируется временем, предшествующим правлению Супилулиумы, когда хеттское царство подверглось опустошительному набегу северных племен, а с юга и юго-востока — Давлению Арцавы. Сообщая об этих событиях, сын Супилулиумы Муре
иль вспоминает о своей матери, которую отец, обвинив в каком-то проступке, отослал «на ту сторону в страну Аххиява». «На ТУ сторону» — скорее всего, означает «за море».

Ахейцы на морях. С древнейших пор Балканская Греция развивалась в тесной связи с цивилизациями Востока, являясь их сырьевой базой и окраиной. В то же время сами ахейцы, будучи наследниками морского владычества царя Миноса, прокладывали морские пути на Запад. Колонизация микенцами островов Эгейского моря и восточного побережья Малой Азии велась с разной степенью интенсивности на протяжении всего II тысячелетия. Исконными районами колонизационного процесса стали Пелопоннес Аттика, Фессалия, и в нем участвовало наряду с ахейцами также и догреческое население Балканского полуострова. Аборигены островов были уничтожены или ассимилированы переселенцами, оставив о себе память в чуждых языку ахейцев и пеласгов названиях местностей. Колонизация в восточном направлении отражена в преданиях о Троянской войне, о победе над разбойником Кикном. Поселенцы в Малой Азии оказались среди народов, которые не смогли подчинить, — карийцев, лидийцев, фригийцев, сохранивших в своих городах собственные порядки.
Сплочению переселенцев с Балканского полуострова способствовала практика объединения городов в двенадцатиградья с религиозными центрами во главе. Постепенно, в виду неизбежных контактов с местным населением, формируются диалекты греческого языка — ионийский и эолийский, первый — на основе языка пересев ленцев из Аттики, второй — из Фессалии.
Другое направление микенской колонизации — западное. Следы, плаваний микенцев на Запад мы находим в «Одиссее» Гомера, а также в передаваемых более поздними авторами мифах о бегстве строителя критского лабиринта Дедала к царю одного из сицилийских племен Кокалу, о погоне за беглецом царя Миноса, о сооружении Дедалом в Сицилии удивительных построек — неприступного города Камика, узкий и извилистый вход в который могли охранять два-три воина, бассейна с лечебными подземными водами и др. Дедал, Минос, Кокал — фигуры мифические, но колонизация микенцами побережья Сицилии и прилегающих к ней Эолийских островов и побережья Южной Италии — реальность, подтверждаемая обломками характерной микенской керамики, той самой, какая изготовлялась во дворцах и использовалась там для хранения вина, масла, зерна. Скопления этой керамики — наглядное свидетельство интенсивности контактов Эгейского мира с Западом.
Следы литературы. Наличие у микенцев письменности, равно как и общий уровень их политического и культурного развития, предполагает существование у них литературы в той или иной форме. Однако не сохранилось ни одной строки, ни одного названия литературного произведения. В нашем распоряжении лишь имена С1шественников Гомера, относимых к отдаленным временам любимцев муз: Орфей, Лин, Мусей, Памф, Фамирис. Предания об этих
чшах восходили как раз к тем областям, которые считались оча-ч>м культа Диониса и почитания муз (Фракия, Пиерия). Считаюсь, что искусство поэзии пришло оттуда на острова Эгейского моря и в Малую Азию, места обитания ионийцев и эолийцев (миф о кифаре Орфея, которую прибило волнами к острову Лесбосу).
О предшественниках Гомера можно судить прежде всего по гомеровскому эпосу, донесшему целый мир легенд, которые в своем первоначальном виде не могли сложиться в местах обитания ионийцев и эолийцев в X—VIII вв. Легенды о правителях Микен, Пилоса, додорийской Спарты, Фив, Орхомена могли быть принесены ионийцами и эолийцами с собой. Сам характер их таков, что может быть предположен длинный период их формирования, о котором ничего не известно. Гомеровский эпос связан с предшествующей словесностью или литературой не только в сюжетном плане. Гомер заимствует созданные задолго до него словесные формулы. Так установлено частое употребление им выражения «гераклова сила», при этом всегда в одной и той же позиции в конце строки, и это дает возможность предположить существование в XIII—XII вв. эпоса о Геракле, использовавшего гекзаметр. Эпос этот оказался разобранным на части и дошел до нас в виде разрозненных рассказов о подвигах этого ми-кенца, биографически связанного с Аргосом, Фивами и Тиринфом. Гомер неоднократно обращается к эпизодам жизни Геракла, героя поколения, предшествовавшего Троянской войне, мимоходом, в виде намека, как о чем-то хорошо известном слушателям. Все это позволяет видеть в Гомере посредника между микенской (шире — эгейс-кой) словесностью и литературой античной эпохи.
ТРОЯ
Для нас история Микен неотделима от Трои — хотя бы потому, что Гомер связал исторические судьбы этих городов, направив против города на Геллеспонте не только корабли, но и всех героев материковой и островной мифологии во главе с царем Микен Агамемноном. Но отношения между Микенами и Троей, которые могут быть извлечены из повествования «Илиады», не являются реальной историей, равно как и мифы о Микенах, Спарте и древних городах, участниках троянской экспедиции. Археология, начавшись с поисков Трои, восстановила прошлое этого города, обладавшего долгой и славной историей, на фоне которой Троянская война, если это даже Реальность, была лишь незначительным эпизодом.
Раскопки на холме Гиссарлык показали, что начало Трои восходит к небольшому поселению, появившемуся за четыре столетия До того времени, с которого принято начинать историю минойского Крита, т. е. ок. 3000 г. Троя I была небольшим поселением эпохи бронзы, занимающим маленький участок вершины холма. Население его изготавливало посуду без помощи гончарного круга. Троя II была таким же небольшим поселением, окруженным стенами восьмиметровой высоты. Верхнюю его часть занимало строение с центральным помещением типа мегарона. В этой Трое II Шлиман открыл клад и ослепленный его золотым блеском, ошибочно отнес свою находку ко времени Троянской войны. Около 2200 г. Троя II была разрушена, что может быть объяснено завоеванием ее каким-то неизвестным народом. Последующие культурные слои, принадлежащие Трое III—V, значительно беднее Трои П. Троя VI , существовавшая между 1800 и 1300 гг., была процветающим городом. Дома ее были больше и наряднее, чем в предшествующие эпохи. Они возводились на платформах ярусами, поднимавшимися к вершине холма, где находился дворец правителя, соединенный с внешним миром четырьмя дорогами (в соответствии с числом городских ворот). Важнейшим новшеством Трои VI было появление лошади, до этого времени неизвестной ни здесь, ни вообще на Востоке, равно как и на юге Балканского полуострова. Количество костных останков лошади дают основание думать, что она использовалась и как тягловая сила, и в боевых колесницах в военном деле. Эти находки с достаточной уверенностью позволяют предположить, что Троя VI принадлежала пришельцам, выброшенным на Геллеспонт волной какого-то нового вторжения, которое затронуло также и материковую Грецию. Об этом говорит и распространение одного и того же типа керамики, известной как минийская. Значит ли это, что троянцы были родственны ахейцам? Над этим вопросом уже полстолетия бьется современная наука, предлагая самые различные гипотезы. В пользу греческого происхождения обитателей Трои
VI используются сведения Гомера в «Илиаде», согласно которому троянцы носят греческие имена и поклоняются греческим богам.
Но Троя VI — это еще не гомеровская Троя. Она была уничтожена мощным землетрясением. Рухнули ее дома. На оборонительной стене появились трещины. Прошло какое-то время, и возникла Троя
VII А, соотнесенная с гомеровской Троей и датируемая 13001240 гг. Ее падение было, скорее всего, результатом вторжения народов, названных в древнеегипетских текстах «народами моря».
Микенская и троянская археология. Археология микенских цен: тров и Трои имеет историю более длительную, чем критская, и именно поэтому известна не только славными открытиями, но и трагическими ошибками.
Ее зачинателем был Генрих Шлиман. Путь его в мир, описанный Гомером, уникален. Сын провинциального немецкого пастора, он не мог получить систематического образования, но редкостная энергия, соединенная со значительткам. позволили ему вступить в спор с язь 'рСИтетской наукой, считавшей рассказ Ун1 р3 о походе ахейцев на Трою мифом, и сказать уверенность в возможности с по-Вошью лопаты доказать, что «Илиадой» можно пользоваться как путеводителем по исчезнувшему, но когда-то реальному миру.
Уже во время посещения Трои в 1868 г. Шлиман встретился с «неутомимым археологом» англичанином Франком Келвертом, поселившимся в Троаде, приобретшим половину холма Гиссарлык и уверенным в правоте античных авторов, утверждавших, что именно под этим холмом находилась Троя, описанная Гомером. Таким образом, Шлиман не открывал местоположения Трои, а только выступал пропагандистом мнения английского ученого. Однако пальма первенства вскоре после начала Шлиманом раскопок Трои по праву перешла к нему.
Еще не получив разрешения турецких властей на проведение раскопок, Шлиман фактически приступил к ним в 1870 г. на принадлежавшей Келверту половине холма. Когда же разрешение было получено, с 1871 по 1872 г. он перекопал огромными траншеями весь холм, обнаружив семь сменявших друг друга городов. Уверенный в том, что гомеровская Троя — самая древняя, он уничтожил вышележащие слои, в том числе и тот, который ныне отнесен к Илиону, воспетому Гомером. В 1873 г., осознав свое трагическое заблуждение, Шлиман писал: «Из-за моей прежней ошибочной идеи... в 1871—1872 гг. мною была разрушена большая часть города... Троя находится не на материке, а на глубине от 7 до 10 метров». В ходе первых раскопок Шлиман на большой глубине открыл ряд кладов, в том числе в слое пожарища толщиной 2—3 м тот, который он назвал сокровищем Приама. Тайно вывезенный им на материк, клад переменил много мест, пока не оказался в Музее изобразительных искусств в Москве.
Раскопки Шлимана в Трое были продолжены рядом археологических кампаний вплоть до 1890 г. Но одновременно он обратился к современным Трое городам Арголиды и Беотии, известным Гомеру как противники Трои. Наибольшее значение имели раскопки «златообильных Микен», считавшихся резиденцией главы ахейского ополчения царя Агамемнона.
В 1876 г. близ «Львиных ворот» Шлиман раскопал монументальные скальные гробницы, о существовании которых также знали еще в древности. В гробницах оказалось множество золотых украшений и золотых масок, закрывавших лица покойных и сохранивших их черты. Конечно, Шлиман был уверен в том, что открыл гробницу Агамемнона, и даже, как ему казалось, определил по способу захоронения, что убитого захоронили в спешке, по-воровски. Все это фантазии. Но все же Шлиман открыл центр той культуры, которую называют микенской, и дал ее описание по археологическим памятникам. Ему удалось также раскопать описанный Гомером «крепкостенный Тиринф».
После кончины Шлимана его главный сотрудник и главный консультант •'льгельм Дерпфельд продолжал раскопки Трои в течение двух сезонов <1б93—1894) и обобщил результаты работ в книге «Троя и Илион» (1902), математизировав весь материал и выделив основные периоды строительства стратиграфии троянского холма. Гомеровскую Трою, отнесенную Шлима-м к слою Троя II, Дерпфельд поднял к слою Троя VI .
Новым этапом изучения Трои были раскопки 1932—38 гг., осуществленные американской экспедицией под руководством Карла Блегена."Была уточнена последовательность существования и гибели поселений на холме Гис-сарлык и изучена Троя VI , существовавшая между 1800 и 1300 гг. и погибшая" в результате мощного землетрясения. Трою, описанную Гомером, Блеген поднял еще выше, отождествив с Троей VII А, представленной в слоях разгрома и пожара множеством микенской керамики XIII в. Гибель Трои VII А была отнесена примерно к 1240 г. Через некоторое время обитатели Трои вернулись и стали воздвигать на своих пепелищах дома (Троя VII Б). Но покой их оказался кратковременным. Город был захвачен носителями культуры, чуждой троянской, скорее всего фракийцами.
Раскопки Микен, начатые Шлиманом, продолжил греческий археолог Христо Цундас, которому удалось обнаружить остатки дворца той же структуры, что и тиринфский, но худшей сохранности - с источником (подземным колодцем) дворец соединялся почти сотней крупных вырубленных в скале ступеней. Было вскрыто несколько десятков высеченных в скалах камерных гробниц.
В 1920-е гг. раскопки в Микенах вела британская экспедиция под руководством А.Уэйса, и американская — во главе с К.Блегеном. Им удалось показать, что микенская цивилизация — не ответвление критской, как считал А.Эванс, а самостоятельное образование, восходящее к древнейшей культуре местного населения и слившейся с нею культуре пришельцев, появившихся на Балканах в начале II тысячелетия.
Прерванные во время Второй мировой войны, раскопки возобновились в 1952 г. и ведутся до сих пор. В результате был выявлен еще один царский некрополь под городским холмом, а также ряд зданий, принадлежащих знати, богатым торговцам и ремесленникам (дом щитов, дом маслоторговца, дом виноторговца, дом сфинкса). Микены открылись как город, погруженный в хозяйственную деятельность и поддерживающий связи с городами Пелопоннеса, Средней Греции, с Критом, Кикладами и западной колониальной периферией. В ходе раскопок Микен, продолженных в 1968-69 гг., археолог Уильям Тейлор впервые обнаружил микенский храм XIII в. из нескольких расположенных на разных уровнях помещений с алтарем, резервуаром для омовения, с фигурками идолов из глины и слоновой кости. Стены святилища были покрыты фресками, изображающими богиню и ее жриц. Так археология пролила свет на почитание богини-матери, скорее всего, Геры. Арголида считалась местом древнейшего ее культа. В расположенном близ руин Микен древнем святилище Геры (Герайоне) еще в V в. до н. э. продолжал вестись восходящий к глубокой древности список верховных жриц, на основании которого греческий историк Гелланик построил хронологию Греции.
Очередь дошла и до «семивратных Фив», где археологическое исследование затруднялось местоположением древних Фив под современным городом. В связи с его перестройкой греческим археологам Н. Платону и Ф. Спиропуло-су удалось открыть знаменитую Кадмею, названную по имени финикийца Кад-ма, посланного, согласно мифу, отцом на поиски похищенной Зевсом сестры Европы. Подтверждением особо тесных контактов с Востоком явилась находка вавилонских цилиндрических печатей с клинописными текстами. 45 табличек линейного письма Б удостоверили, что это дворец микенской эпохи.
Еще в 1912 и 1926 гг. греческие археологи обнаружили две микенские купольные гробницы в Мессении (западная часть Пелопоннеса), и это побудило их исследовать окрестный район. Так, в 1939 г. греко-американская экспедиция во главе с К. Блегеном обнаружила на холме близ Наварина, переименованного к тому времени в Пилос, остатки великолепного дворца, отождествленного с «песчаным Пилосом» Гомера, резиденцией мудрого царя
ора Во дворце за один археологический сезон было обнаружено 400 бричек с линейным письмом Б — больше, чем на Крите за 30 лет раскопок, гт cie окончания Второй мировой войны раскопки Пилоса были возобнов-
ты и Блегену удалось найти новые сотни текстов. ЛС раскрыть язык обнаруженных теперь уже и в материковой Греции табли-написанных на линейном письме Б, перед которыми оказался бессилен Яяанс, удалось его соотечественнику Майклу Вентрису. С детства он интере-ова чея архитектурой, в юности обучался в Лондонском архитектурном институте. В 1936 г. в столице Англии открылась археологическая выставка по глучаю 50-летия Британской археологической школы в Афинах. Четырнадцатилетний Майкл оказался среди слушателей Эванса, рассказывавшего об открытом им дворце Миноса и иллюстрировавшего доклад находками, в том числе табличками с линейным письмом. Вентрис начал работать над письменами. Но эту работу пришлось прекратить из-за начавшейся войны. После ее окончания Вентрису стали известны результаты усилий других ученых, исследовавших кносские таблички, были систематизированы знаки письма и выделены их группы, характерные для начала слов и для их окончаний. Стало ясно, что это знаки слогового письма, но надо было решить, слова какого языка они передают.
Первоначально Вентрис полагал, что за знаками линейного письма Б стоит язык, близкий к этрусскому. Hq затем, работая с молодым филологом Джоном Чэдуиком, Вентрис пришел к выводу, что знаки передают искаженный греческий. Это предположение подтвердилось, когда в руках исследователей оказались таблички с такими же письменами из Пилоса, где краткие записи сопровождались рисунками, поясняющими текст.
Причины искажений греческих слов в записи линейным письмом Б до сих пор не ясны. Но в целом тексты стали понятны, и благодаря этому было положено начало изучению истории Эгейского мира. Раскопки Микен, Пилоса, Тиринфа и других городов бронзового века на греческом материке, равно как и сельских поселений этой же эпохи, выявили единую культуру, названную по одному из центров микенской. Микенцами стали условно называть всех обитателей Пелопоннеса, Средней и Северной Греции, в каких бы городах они ни обитали. Среди них были ахейцы, минийцы, ионийцы, эолийцы, пеласги, дриопы и другие народы.
Микенская культура, современная кикладской, а на ранних этапах своего развития критской (минойской), не совпадала с ними. Поэтому ошибочен термин крито-микенская культура, введенный Эвансом, исходившим из преобладания критской культуры на материке и всех островах. В то же время археология подтвердила взаимное проникновение этих культур, позволяющее рассматривать их как некую общность — эгейскую культуру, сложившуюся в обширном регионе, центром которого было Эгейское море. Носители эгейской культуры, как это видно по находкам характерных для нее памятников, колонизовали во II тысячелетии Апеннинский полуостров и Сицилию и поддерживали связи с Западным Средиземноморьем и Европой. Они испытывали влияние более древних и развитых восточных культур эпохи бронзы. Катастрофическая миграция XII в., захватившая также и Малую Азию, привела к погружению греческого материка и мира островов во мрак так называемых «темных веков», из которого на тех же территориях выросла новая культура, которой предстояло пройти свой собственный цикл и стать одной из составляющих античной цивилизации.
Рейтинг:
Обсудить
Добавить комментарий
Прокомментировать
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
2+три=?
nalikeeeee
nalikeeeee Гости 2 августа 2011 01:10
АХЕЙСКАЯ ГРЕЦИЯ