§ 5.3. Концепция этногенеза Л.Н. Гумилева

Несмотря на многократные попытки ученых объяснить процессы этногенеза, антропогенеза и расогенеза, все же существующие концепции носят преимущественно частный характер. До настоящего времени в этнологии нет законченных, научно аргументированных теорий, которые бы давали полное и убедительное описание всех этих процессов. Работа этнологов в этом направлении продолжается, и поэтому большой интерес вызывает концепция этногенеза Льва Николаевича Гумилева.
В основу своей теории этногенеза Гумилев положил в качестве главного постулата тезис о природно-биологическом характере этноса, обусловленного тем, что он является составной частью биоор-ганического мира планеты и возникает в определенных географо-клпматических условиях. Гумилев определяет этнос как биофизическую реальность, и поэтому весь механизм этногенеза он ищет в реальных природных процессах. По его мнению, будучи составной частью биосферы, этносы должны подчиняться ее законам, быть составной частью протекающих в ней процессов. А эти процессы, гигантские по своим масштабам, сравнимые по энергетическим затратам с величайшими геологическими процессами, создали в значительной мере весь современный облик нашей планеты. В.И. Вернадский назвал эту энергию биогеохимической энергией живого вещества биосферы. Она есть не что иное, как преобразованная энергия Солнца, космоса и радиоактивного распада в недрах Земли. Биосфера просто купается в потоках энергии; как доказал наш соотечественник А.Л. Чижевский, она открыта космосу и чутко реагирует на происходящие в нем энергетические всплески. В этом заключается причина загадочных, на первый взгляд, взрывов популяции — стай саранчи, леммингов, вдруг появляющихся в гигантских количествах, чтобы броситься в воды океана. Подобные же влияния испытывает и человек, реакция на них становится заметной на vpoe-ic- этносов. При соблюдении некоторых условий энергетическая Вспышка становится началом процесса этногенеза.
Гипотеза Гумилева заключается в предположении, что несколько Раз за тысячелетие поверхность нашей планеты подвергается воздействию определенного типа космического излучения, которое вы-ь>вает пассионарный толчок, т.е. мутацию гена человека, отвечаю-ег° за восприятие организмом энергии из внешнего мира. Особен-
Ть этих толчков заключается в их кратковременности. За последние 3 тыс. лет было достоверно зафиксировано девять пассионарных толчков: четыре — до нашей эры и пять — за последние два тысячелетия.
Суть явления пассионарности состоит в том, что до мутационных изменений человек получает из окружающего мира энергии ровно столько, сколько ему необходимо для нормальной жизнедеятельности. При пассионарном толчке, вызывающем мутацию гена, человек становится способным воспринять энергии значительно больше. И, восприняв ее, будет обладать повышенной тягой к действию — пас-сионарностью. Эта избыточная энергия может быть направлена на организацию завоевательных походов или научных экспедиций, создание новой религии или научной теории. F.cnn же некоторое количество людей, обладающих этим признаком, соберется вместе, объединенные одной целью, если при этом они находятся в благоприятных географических условиях (необходим разнообразный ландшафт), появляется зародыш нового этноса, начинается бурный процесс этногенеза, завершающийся через 130—160 лет появлением нового народа. Наиболее существенным отличительным признаком нового этноса являются специфические стереотипы поведения, которые передаются последующим поколениям не генетически, а через механизм сигнальной наследственности, через культуру, когда потомство путем подражания и научения перенимает от родителей необходимые поведенческие стереотипы. Именно эти стереотипы и создают пассионарии.
Этногенез, по Гумилеву, — энергетический процесс получения однократного запаса энергии после вспышки космического излучения и дальнейшей его растраты в ходе развития этноса, пока этнос не придет в состояние гомеостаза — равновесия с природой, при котором уровень пассионарности равен нулю.
Цикл жизни этноса составляет около 1,5 тыс. лет, если этнос не гибнет раньше по внешней причине. Фазы его развития связаны с определенными уровнями пассионарного напряжения, что внешне выражается в специфических для каждой фазы стереотипах поведения.
После пассионарного толчка наступает фаза подъема, которая продолжается 200-300 лет. Она связана с экспансией нового этноса, обязанной пассионариям. ста? вящпм перед собой задачу создания нового сильного государства и идущим ради этого на любые жертвы. Окружающие народы воспринимают новый этнос как общность крайне активных людей, появившуюся как бы вдруг, на месте нескольких незначительных племен, и активно отстаивающую свои интересы, часто за счет соседей.
Основной императив поведения: «Будь тем, кем ты должен быть». Примером могут служить все молодые народы: предки современных англичан И французов в IX в., монголы в XII в. и т.д.
Затем наступает акматическая фаза, в которой пассионарное напряжение достигает высочайшего уровня за счет большого количества пассионариев, которые думают уже не столько об общих целях, сколько о своих личных интересах. Рост индивидуализма в сочетании с избытком пассионарности часто вводит этнос в состояние пассионарного перегрева, когда избыточная энергия, тратившаяся в фазе подъема на бурный рост и экспансию, уходит на внутренние конфликгы. Эта фаза, продолжающаяся следующие 300 лет, одна из самых тяжелых в жизни этноса, так как это период гражданских войн, культурных потерь.
Основной императив поведения в это время: «Будь тем, кем я хочу». Люди думают уже не об общем благе, а только о своем. Обычно это связано с тем, что глобальная цель предыдущей фазы - создание великого государства — уже выполнена. Примером может служить Европа периода феодальной раздробленности, Россия Смутного времени.

В конце концов большая часть пассионариев не гребляет друг друга, что резко снижает уровень пассионарного напряжения в этносе. Кроме того, ушедшие пассионарии замещаются не гармоничными особями, а субпасснонарпямп - людьми, не способными воспринять даже нормы энергии, необходимой для полноценной адаптации к среде. Люди такого типа хорошо известны — это бродяги, люмпены, босяки, бомжи. Эти признаки означают наступление фазы надлома — кризисной фазы, длящейся 200 лет.
Жизнь в фазе надлома очень тяжела. Мы это знаем на собственном опыте, так как наша страна находится сейчас в конце этой фазы. Западная Европа пережила ее в период Реформации и Контрреформацпи. уплатив за свое нынешнее спокойствие не менее кровавую дань, чем мы в XX в.
После пережитых потрясений люди хотят не успеха, а покоя. Это означает, что этнос перешел в следующую — инерционную — (разу. Уровень пассионарного напряжения несколько повышаете!, а затем плавно снижается. Идет укрепление государственной власти, социальных институтов, интенсивное накопление материальных и духовных ценностей, активное преобразование окружающей среды. В этносе доминирует тип «золотой посредственности» — законопослушного, работоспособного человека.
«Будь таким, как я!» — господствующий императив поведения инерционной фазы «меняет императив предшествующего периода: «Мы устали от великих». Это означает, что люди наконец-то поняли, что именно индивидуальности, пытающиеся проявиться во всей своей оригинальности, представляют наибольшую опасность для соседей. Примером служит современная Западная Европа, Киевская РусьХ1-ХИ вв., Китай эпохи Сун.
Культура и порядок в это время столь совершенны, что кажутся современникам непреходящими. Но уровень пассионарного напряжения этноса постепенно снижается, что влечет неизбежный упадок, скрытый вначале за маской процветания, которая сбрасывается после последнего фазового перехода.
Важной причиной кризиса обычно бывает резко возросшее воздействие цивилизации на природу, которая в конце концов не выдерживает ЭТОЙ нагрузки. Недаром все крупнейшие цивилизации древности оставили после себя в прямом смысле слова пустыни, занявшие место прежних плодородных земель (Вавилон, Египет и др.). Наступает фаза обскурации — старости этноса. Это происходит, когда возраст этноса достигает 1100 лет. Пассионарное напряжение падает до отрицательных величин за счет появления значительного числа субпассионариев. Поэтому любая конструктивная деятельность отсутствует, этнос существует за счет прежних запасов. В результате общественный Организм начинает разлагаться: фактически узаконивается коррупция, распространяется преступность, армия теряет боеспособность, к власти приходят циничные авантюристы, играющие на настроениях толпы. Численность этноса и его территория значительно сокращаются, он может легко стать добычей более пассионарных со< едей.
Меняется императив поведения: «Будь таким, как мы!». Причем определяют его отныне люди нетворческие и нетрудолюбивые, эмоционально и умственно неполноценные, но при этом обладающие повышенными требованиями к жизни (не выходящими, правда, за пределы того, чего нельзя съесть или выпить). Всякий рост становится явлением исключительным, трудолюбие подвергается осмеянию, интеллектуальные радости вызывают ярость. Все продажно, никому нельзя верить, ни на кого нельзя положиться. Идет настоящий естественный отбор. Но тут-то и наступает возмездие. Субпассионарии разъедают тело народа, как клетки раковой опухоли организм человека, но, победив, т.е. умертвив соперника, они гибнут сами.
Классический пример " Рим эпохи поздней империи, Китай с XVII в.. Гусь перед нашествием татаро-монголов.
Фаза обскурацпп предшествует гибели этнической системы или переходу ее к состоянию гомеостаза, которого может достичь лишь незначительная здоровая часть этноса.
Иногда возникает фаза регенерации— временного восстановления этнической системы после обскурацпп за счет сохранившейся на окраинах ареала пассионарности. Например, Византия в последний период своей истории. После падения Константинополя в 1204 г. под натиском крестоносцев казалось, что великая империя погибла безвозвратно, от нее остался крохотный обломок — Никейская империя, окраина Византии. Но именно из нее через 50 лет смогла возродиться Византийская империя, которая, правда, была только тенью прежней великой страны, но она просуществовала еще 200 лет. Это смогло произойти только за счет того, что в фазе обскурацпп именно на окраине ареала обитания этноса сохранилась повышенная пасспонарность.
Но в любом случае — это короткий всплеск активности накануне завершения процесса этногенеза, которым является мемориальная фаза. В этой фазе этническая система уже утеряла пасспонарность, и лишь отдельные ее члены продолжают сохранять культурную традицию прошлого. Память о героических деяниях предков живет в фольклоре, легендах.
Такую картину мы наблюдаем на Алтае. Там живут телесы, теленгиты, телеуты, алтай-кпжи. У всех есть богатый былинный эпос. Такую же картину можно увидеть у киргизов Тянь-Шаня, индейцев пуэбло и других, некогда могучих этносов, превратившихся в малочисленные «племена».
После конца динамических фаз этногенеза уцелевшие люди не становятся хуже, слабее или глупее прежних. Изменяются не люди, а этническая системная целостность. Раньше рядом с обычным большинством были пассионарии, многим мешавшие, но придававшие этносу сопротивляемость и стремление к переменам. Агрессивность этнической системы исчезает, но снижается и ее резистентность (сопротивляемость). А это значит, что взамен приобретений наступает время утрат.
Дальше все зависит от соседей. Если они не будут нападать, то остатки этноса продолжат меняться, превращаться в милых, безобидных людей, гостеприимных и доброжелательных. Они постепенно теряют память о прошлом, а вместе с пей и ощущение времени. На конечном этапе они просто ограничиваются констатацией смены времен года и даже просто дня и ночи. Так Живут чукчи — прекрасные охотники, создавшие развитую мифологию. Сходную картину демонстрируют племена Центральной Африки, члены которых не знают даже, сколько им лет (при том, что они прекрасно ориентируются в джунглях). Но эти этносы живут в контакте с более пассионарными соседями, которые держат их в форме, Если же этого не будет, то остатки этноса могут просто вымереть из-за отсутствия желания жить. Такие этносы сегодня живут в некоторых заповедниках.
11ереход от мемориальной фазы к законченной форме этнического гомеостаза имеет очень плавный характер и выглядит как постепенное забвение традиций прошлого. Жизненный цикл повторяется из поколения в поколение, система сохраняет равновесие с ландшафтом, не проявляя каких-либо форм целенаправленной активности. Этнос в это время состоит почти целиком из гармоничных людей — достаточно трудолюбивых, чтобы обеспечить всем себя и свое потомство, но лишенных потребности и способности что-либо менять в жизни.
В таком состоянии этнос может существовать неограниченно долго, если только не станет жертвой агрессин, стихийного бедствия пли не будет ассимилирован. Тому пример — народы Австралии, Крайнего Севера, пигмеи Центральной Африки.
Новый цикл развития может быть вызван лишь очередным пассионарным толчком, при котором возникает новая пассионарная популяция. Но она не реконструирует старый этнос, а создает новый, давая начало очередному витку этногенеза — процессу, благодаря которому Человечество не исчезает с лица Земли.


Алексеев И.П. Историческая антропология и этногенез. М., 1989. Алексеев В.П. Этногенез. М., 1986.
Андреев ПЛ. Происхождение человека и общества. М., 1988.
Антропология и геногеографня. М., Н)74.
Гумилев Л.Н: От Руси к России. М., 1992.
Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. М., 1992.
Гумилев JI.JH. Конец и вновь начало. М., 1994.
Птс Р.Ф. Введение в этнографию. Л., 1991.
Коул М. Кулылрно-историческая психология. М., 1997.
Народы и религии: Энциклопедия. М., 1998.
Чебоксаров Н.И., Чебоксарова И.А. Народи. Расы. Культуры. М., 1985.

Рейтинг:
Обсудить

Читайте также:

Добавить комментарий
Прокомментировать
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
2+три=?
Виткалов Денис
Виткалов Денис Посетители 9 апреля 2012 16:14
На мой взгляд, пассионарность, являющаяся ключевым понятием в теории этногенеза Л. Н. Гумилева, вполне достаточно слагается из эффекта гетерозиса и динамики этнической психологии.
Гетерозис – биологический эффект, вследствие которого потомство животных одного вида, но из разных популяций, отличается повышенными жизнеспособностью и активностью.
В динамику этнической психологии я свожу здесь все взаимодействия национальных традиций, причины, определяющие их генезис и смену и т. д. – круг этих вопросов более чем сложен, и в рамках данной статьи развернуть его будет трудно.

Любой новый этнос возникает на базе двух или более предшествовавших. Этнос нельзя приравнивать к популяции, но все же браки представителей любой этнической группы внутри этой группы гораздо более часты, чем браки между представителями разных этнических групп – за счет чего она и продолжает свое существование. Как следствие, внутри субстратной этнической группы (то есть, по определению, не слишком большой общности, сохраняющей связи со старым суперэтносом) существует свой типизированный для данной местности рисунок распределения доминантных и рецессивных генов. Когда начинается широкая метисация двух или трех разных, изолированных прежде друг от друга этнических групп (фаза скрытого подъема, по Гумилеву) и соответствующих им популяций, то, во-первых, генетически происходит закрытие рецессивных аллелей доминантными. Смешанное поколение рождается несколько более сильным, активным и здоровым, нежели родительские.
Во-вторых, поскольку смешиваются две, три, но все же не более, этнические группы, нетрудно предположить, что столкновение национальных традиций от случая к случаю – я имею в виду уровень семьи, быта – будет давать сходный, в основном, результат. То есть, внутри новой общности - может возникнуть чувство общности. Этот процесс во многом случаен, если гетерозис последует неотвратимо, то не факт, что “метисы” (да простится мне такая терминология в рамках этой статьи) сумеют найти свое место в мире в существующих условиях. Но выход энергии-то у них повышен! Потому и не могут они усидеть на месте, это и есть описываемая Л. Н. Гумилевым пассионарность, “длинная воля”.
То есть начало нового этногенеза совпадает с началом массовой метисации (которая зачастую происходит при перемещениях больших людских масс), а не вызывается космическим излучением – как это происходит по Л. Н. Г.

По поводу “единовременных” стартов этногенезов, очень разнесенных территориально: но ведь не в один год, день и час они начинались. А большие переселения людей на разных концах той же Великой Степи, разделенные хотя бы двумя-тремя десятилетиями, вполне могут быть взаимосвязаны; последующее переселение может быть индуцировано предыдущим или хотя бы слухами о нем.

Множественная метисация ведет к разноголосице новообразуемых национальных традиций и возникновению конфликта по типу “этнической химеры” – проблема, имевшая место еще в Вавилоне. То есть, явление гетерозиса будет иметь место, будут рождаться люди с повышенной энергичностью, но сориентировать их энергию в каком-либо направлении будет невероятно трудно (как в математике: равнодействующая множества разнонаправленных векторов равна нулю либо приближается к нему). И значит, рано или поздно порядок в этом месте сменится хаосом.

“Матрешечная” структура этноса, предложенная Л. Н. Гумилевым, неоспорима.

Скачок пассионарности в центре после политического раскола страны (что возможно и в фазу акматического перегрева, и - чаще - в фазу надлома) на ядро и окраины с последующим обособлением и того, и других, обеспечивается, во-первых, возвратом коренных национальностей данного суперэтноса в центр – а именно, людьми, “промешавшими” свои гены на месте, но сохранившими национальную традицию – что невероятно облегчает воссоединение и опять приводит к гетерозису (применительно к нам: после распада Советского Союза из Прибалтики в РСФСР поехали чуть более светлые русские, а из Киргизии или Казахстана, скажем – с косинкой. Никто этому не удивлялся, все знают, отчего это бывает.). Это во-первых.
Во-вторых, нарастание гетерозиса/пассионарности в данный период обеспечивается миграцией в метрополию в это же время и представителей нетитульных для нее национальностей, которые едут в метрополию просто потому, что в ней лучше жить. В масштабах страны эта вторая причина имеет несколько меньший вес, поскольку национальные традиции сохраняются разными и гены новоприехавших вливаются в основном в соответствующие диаспоры – это если речь не идет вообще о трудовой миграции. (Вообще я делю здесь “русские – нерусские” простоты и краткости изложения ради. Русские, украинцы, татары, белорусы, казахи, калмыки, поволжские немцы – и т.д.)

Кривая этногенеза, как график – обобщение Гумилевым более 40 индивидуальных кривых этногенеза – очень косвенно может отображать динамику соотношения “метисов” и тех частей старого этноса, что вошли в новый, не смешиваясь сверх нормы). Вообще этот график - синусоида. Рождение большого числа “активированных” гетерозигот (причем ощущающих взаимное тождество и одинаково направленных в своей деятельности) – распространение и свершения – оседание “на местах” с формированием малых этнических групп и соответствующих им популяций – выщепление рецессивных генов – общее спадение энергичности, пассионарности населения. И так до следующей метисации. Вторичные колебания графика – все те конкретные (для каждого отдельно рассмотренного этногенеза) события, которые общей математической моделью и ее графиком не описываются. Если бы было обобщено не 40, а 400 индивидуальных кривых этногенеза, график был бы много ближе к чистой синусоиде. Сам график отображает количество пассионариев помножить на их свершения поделить на все население.

Войны отрицательно влияют на пассионарность, поскольку в армию призываются, а на военные действия потом отправляются физически здоровые молодые люди. Процент полных или почти полных гетерозигот/пассионариев среди них много выше, чем среди оставшихся “на гражданке”. На фронтах гибнут те, кто способен больше сделать. Великая Отечественная Война подорвала наш генофонд не столько колоссальными человеческими потерями, сколько тем, что в ней в массовом порядке гибли и наши женщины – прошел тот самый отрицательный отбор пассионарности, только направленный не на один, а на оба пола. Еще нужно помнить, что к моменту начала ВОВ минуло всего одно поколение после первой Мировой войны и распада Российской империи, поколение, основательно уже прореженное голодом 1933-1934 годов на Украине и в Поволжье.
Мы, те, кто остался, хуже тех, что ушли.

Л. Н. Г. приравнивает пассионарность к заряду полуторатысячелетней длительности, который приводит в движение гигантский маховик истории. Гетерозис – явление одного-двух поколений, потом он пропадает – либо нужно будет ехать за невестой в другое княжество. В целом, на мой взгляд, гетерозис должен был идти по пятам за объединителями/завоевателями, создававшими государство настолько большое, какое только могло существовать - и оставаться единым - при существующем уровне коммуникаций.
Однако мало “промешивания” генов, необходимо уметь сохранять и обуздывать накапливаемую энергию, направлять ее по созидательному пути. Сама пассионарность не имеет знака, она не благо и не проклятие, она играет роль геологической силы в человеческой истории. Можно создать империю; можно развалить ее.

В популяциях животных любого вида колебания размножения и активности взаимосвязаны довольно жестко; активность людей в неменьшей степени определяют социальные, экономические, а иногда и этические законы (и, мне кажется, последовательность гумилевских императивов, определенных им для каждой фазы этногенеза, тоже имеет место быть). Разумеется, нельзя сводить гетерозис к единственной причине этногенеза (вопрос скорее сродни вопросу о том, что было раньше: курица, яйцо или предковые формы птиц?) – но вышеизложенное мной демонстрирует, я надеюсь, его тождество с пассионарностью. А идеи, этнические традиции, конкретные исторические условия, наконец, способны придать пассионарности направленность.
Современное общество отличают прежде всего мобильность и сверхвысокий темп жизни, снижающие вероятность возникновения и выживания консорций и конвиксий. На мой взгляд, какие-либо прогнозы делать невозможно, особенно когда сам находишься в том времени, которое обсуждаешь, но все же можно пытаться утверждать, что классический, исторический этногенез в странах, прошедших НТР и социально стабилизированных, затруднен (мигрируют чаще не потоки, а единицы; быт унифицируется; привязка к ландшафту ослаблена/отсутствует и не является более определяющей).
Для классического этногенеза необходимы суровые условия, жесткое подчинение быта необходимости, все те факторы, что могут заставить разнородные группы людей забыть старые традиции и сплотиться новыми. Здесь, кроме развивающихся стран и стран третьего мира, невольно можно задуматься о тех местах, до которых в настоящее время добраться можно лишь мизерными группами с использованием миллиардных вложений из бюджетов крупных стран.
Чем дальше мы попытаемся заглянуть в прошлое, тем выше будет роль собственно биологических факторов, и наоборот. Обобщение, извиняюсь за каламбур, возможно только самое общее; любой этногенез уникален. А я лишь пытался перевести теорию Л. Н. Г. на более материальные рельсы.

Нужно помнить, что Лев Николаевич родился в семье двух великих поэтов серебряного века, сам получил историческое образование и, возможно, души его коснулось то презрение к естественным наукам, что свойственно многим чистым гуманитариям. Определение популяции в его книге "Конец и вновь начало" неполно, правда, он оговаривается, что оно взято из учебника. Нынешнее определение популяции (группа особей, внутри которой свободное скрещивание существует, а за границами ее затруднено/отсутствует) уже позволяет сблизить ее с понятием малой этнической группы. Нужно, конечно, учитывать социально-психологические, культурные, даже личные предпочтения - все то, что отводит беспорядочное (свобода неразумности) скрещивание к свободному (свобода воли), то, что отличает человеческий выбор от выбора животных. В общем виде, можно сказать, что биологическая проекция данной этнической группы есть местная популяция, на размножение в которой влияют и социальные законы.

Общины северных охотников, от которых произошли скандинавы и некоторые близлежащие северные народы, много тысячелетий жили вблизи ледника малыми изолированными группами. Вследствие инбридинга в среде их стали обычными светлые волосы, светлые глаза, бледная кожа - признаки, как известно, рецессивные. У меня нет данных, позволяющих предположить, что в генофонде скандинавов, в целом, больше рецессивных генов, чем в иных группах, но если сделать такое предположение, последует вывод о меньшей эффективности первичного пассионарного импульса/смещения/толчка, возникающего вследствие дальней миграции большой их группы: он будет короче, слабее и в меньшей степени сместит фенотип коренного населения (все это вследствие менее обширной гетерозиготизации) - населения, что обитает на той территории, куда попадает эта группа гипотетических скандинавов. Дальнейшие рассуждения на эту тему могут вывести нас на обочину широкой и прямой дороги, ведущей к нацизму, хотя и обратному тому, что вошел в нашу страну 22 июня 1941 года, поэтому я почитаю за лучшее на этом остановиться. Я не делаю сейчас отсылок к идейному поводу начала Второй Мировой войны, не обсуждаю варяжский приход на Русь (рассуждения, приведенные выше, если и применимы на практике, то только к еще более ранним временам) - рассмотрена ситуация, так сказать, "в общем виде", возможности этногенеза с точки зрения популяционной генетики с рассмотрением конкретных исходных субстратных групп.

Из космоса приходит много видов излучения, но вследствие атмосферной подушки вообще и озонового слоя в частности до поверхности планеты доходит в основном лишь видимый свет. Любой источник жесткого излучения посылает РАВНОМЕРНЫЕ "по количеству" импульсы на все то полушарие, что он из своего уголка космоса в данный момент времени освещает. Невозможно представить себе природу естественного источника излучения такого рода, которое способно узким направленным "хлыстом" пробить экран нашей планеты, подстегнуть развитие народов целого полушария и "выключиться" на тысячелетний срок; это именно сродни богоискательству/поиску разумной внешней причины в космосе. Причина пассионарности кроется внутри нас.

Я не берусь судить теорию Л. Н. Гумилева, особенно в том, что касается этнических взаимодействий, смены императивов в ходе этногенеза - в социальном и психологическом аспектах. Первотолчок всему у него определен неправильно. Возможно, повлияло преимущественно гуманитарное воспитание (о чем здесь уже упоминалось), возможно, время, в которое довелось жить историку.

Точки приложения моего мнения:

1. Американские негры: работорговцы свозили в Америку черных рабов из нескольких территорий Африки (Берег Слоновой Кости и т. д.). Изрядная часть невольников гибла еще в пути, а те, кто был рожден в Африке и прибыл на место, особыми здоровьем и работоспособностью не отличались. При продаже географическое происхождение негров и их родственные связи никого не волновали, и на любой, даже самой захолустной плантации могли быть представлены чернокожие со всех уголков Африки. Уже рабов, рожденных на плантациях, рабовладельцы называли “каменными” и измывались над ними как хотели – выносливость и работоспособность их была повышена. Плюс часть плантаторов в меру сил своих “осветляла” черную расу; такие рабы даже стоили дороже.
Здесь речь идет не столько об этногенезе, сколько о причине экономической эффективности рабства, едва не расколовшей Североамериканские Соединенные Штаты надвое.

2. Вавилон: в городе-государстве возникла небывалая по тем временам концентрация людей, торговли, ремесел, невозможная для малых поселений. В нем так или иначе были представлены все национальности Двуречья, частично Африки и Малой Азии (“двунадесять языков”). Разбогатеть или прогореть можно было во мгновение ока – особенно с точки зрения какого-нибудь караванщика из отдаленного захолустья, выросшего совсем в другом темпе жизни. Люди, собравшись и организовавшись в одном месте, поняли, что могут гораздо больше, чем в деревнях. Неизвестно, чем должна была стать Вавилонская башня – гигантским складом, первым небоскребом, обзорной вышкой (все это соотносительно с тогдашними масштабами) или все же просто монументом человеческой силе, но несомненно, что на строительство были приглашены – а частью согнаны – лучшие строители и рабы со всех концов обозримого мира.
Башня рухнула, скорее всего, вследствие недостатка опыта в строительстве именно высотных конструкций – потому что это строительство было первым подобного масштаба. Те, которых она не похоронила под собой и которые вернулись туда, откуда пришли их матери и отцы, были встречены в штыки, потому что говорили они неправильно, целые фразы их смешанного языка (сленга, пиджина) были непонятны, в быту они вели себя совершенно не так, как надо – и каждый по-разному, так что и друг к другу они не тянулись - да и с лица на бывших сородичей не очень-то походили (а началось это все еще во времена строительства) – хотя минуло всего поколение-другое. Можно также предположить, что впервые именно в Вавилоне в больших масштабах и часто (вследствие взаимного непонимания и неприятия) люди сталкивались с таким явлением, как просто поножовщина. Те, кто оставался дома, в деревнях, вполне закономерно сочли, что Вавилон покарал Бог (или боги – смотря кто и куда вернулся). За гордыню.

3. Согласно т. н. норманнской теории, государственность Древней Руси принесли варяги, конунг Олег со товарищи, третьестепенные скандинавские аристократы, отсутствие которых на родине никого не озаботило (упоминаются-то они только в древнерусских летописях) и вреда этой родине никакого не нанесло. Сам Олег на Руси вскоре гибнет от жадности, но, начиная с его сына (в более общем виде, в следующих поколениях), дела у объединителей Руси идут все лучше и лучше. Каждый раз при присоединении нового княжества нарастал товарообмен, обмен людскими потоками (вторичные волны гетерозиса); возрастала и гордость за свое сильное, большое и единое государство – усиливалась суперэтническая общность.
Нужно учитывать тогдашнюю численность населения – несколько сотен человек, прибывших одновременно издалека в одно (первоначально) княжество, составляли серьезное, статистически значимое вливание в местный генофонд; соответственно, гетерозисом в последующих поколениях охватывалась значительная часть населения. Аналогично, спустя века, уже Московское княжество активно использовало в обороне татаро-монгольскую конницу. Так вот, почему русских на Западе даже в XVIII веке называли грубыми азиатами? Может быть, оттого, что в XIII-XV века среди московитов было много метисов-монголоидов? Посмотрите внимательно на портрет Ивана IV Грозного.
Тут можно делать предположения относительно, по крайней мере, части мотивов попыток Великого Новгорода отложиться от Московской Руси и войти в Западную Европу.
К числу социально-психологических последствий биологических эффектов гетерозиса можно также отнести возникновение концепции “бремени белого человека”, согласно которой неевропейские народы “выдохлись” в своем развитии и могут быть стимулированы лишь присутствием европейцев. Это если не сказать хуже. В реальности, смешиваясь с местным населением (либо соединяя для своих целей дорогами ранее разнесенные области колоний, либо сгоняя рабов, родившихся в разных географических областях), европейцы порождали полукровок-бастардов (либо энергичных метисов), знавших язык и культуру завоевателей, но корнями уходивших в свою землю (либо не знавших ничего, но страстно ненавидевших захватчиков)! Поэтому все и закипало в мире с приходом европейцев (огнестрельное оружие которых, несмотря ни на что, дало им несколько столетий преимущества). Машины империй на местах приводились в движение полукровками и метисами (а результат приписывался жестокому, волевому и эффективному управлению губернаторов колоний); и именно они рано или поздно выставляли завоевателей, сохранявших “чистый тип” и замораживавших экономическое неравенство, со своей земли.
И нетрудно увидеть, что “норманнская теория” есть самый мягкий вариант концепции “бремени белого человека”.