Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Диалог про налог. Второй

Диалог про налог. Второй

Не так давно Дархан Кайрбаевич спровоцировал очередной диалог про налог. Говорили о разном. Вспоминали Киевскую Русь, Стеньку Разина. Все пытались понять, что такое налоги: оцивилизовавшийся потомок банальных грабежей и дани, очеловеченная плата за покровительство (в наше время плата за крышу) или модернизированная плата наемному управленческому персоналу за работу …
С почтением предлагаю вашему вниманию второй диалог!
Очень интересно!

Диалог про налог. Второй

Основные действующие лица:
Карпич Александр Николаевич
Оспанов Дархан Кайрбаевич



Оспанов: Продолжим, однако, наши налоговые посиделки. В первом диалоге, когда мы рассматривали со всех сторон вопрос «откуда есть пошел «бюджет», и что это вообще за место такое».
Думаю, что пришло время перейти непосредственно к такому чуду-юду, как налоги.
Карпич: И то верно! Давайте обратимся к первоисточникам и определим, что понимают под «налогом» законодатели трех братских государств. Итак:
Налоговый кодекс Республики Беларусь, статья 6:
«Налогом признается обязательный индивидуально безвозмездный платеж, взимаемый с организаций и физических лиц в форме отчуждения принадлежащих им на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления денежных средств в республиканский и (или) местные бюджеты.»;
Налоговый кодекс Республики Казахстан, подпункт 34), статьи 12
«Налоги - законодательно установленные государством в одностороннем порядке обязательные денежные платежи в бюджет, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, производимые в определенных размерах, носящие безвозвратный и безвозмездный характер;»;
Налоговый кодекс Российской Федерации, статья 8:
1. Под налогом понимается обязательный, индивидуально безвозмездный платеж, взимаемый с организаций и физических лиц в форме отчуждения принадлежащих им на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления денежных средств в целях финансового обеспечения деятельности государства и (или) муниципальных образований.
Оспанов: Не буду обращать внимание, что дефиниция «налог» в Белоруссии и России совпадают, как будто писаны одной стаей товарищей. Действительно – братья! Действительно поверишь в некую, как Вы, Александр Николаевич, выразились «генетическую память»!
Карпич: Может быть действительно дефиниции писали одни и те же товарищи, а может имел место непроизвольный плагиат. Однако, Дархан Кайрбаевич, что можно придумать еще нечто такое про налоги? Одно и тоже явление описывается примерно одними и теми же словами.
Оспанов: Согласен, но обратите внимание, что только в Казахстанском кодексе прописывается, что налоги устанавливаются государством законодательно! В кодексах Белоруссии с России прописывается, что это обязательный и т.д. платеж, взимаемый с организаций и физических лиц в форме отчуждения денежных средств, принадлежащих им на праве собственности и т.д.
Карпич: Полагаете, что имеется неточность? Но ведь дефиниции приводятся в законодательном акте, который сам по себе регулирует или устанавливает налоги и другие платежи в бюджет. Понимаю, что если государством принят такой законодательный акт, то, самой собой разумеется, что налоги и прочие платежи устанавливаются и регулируются государством.
Оспанов: Александр Николаевич, извините, но «что», «где», «когда» и «кем» подразумевается разбираться недосуг, я высказываюсь не в плане критики, а только подчеркиваю, что в Казахстанском кодексе приводится долее корректное определение. Только и всего.
Александр Николаевич, вот еще вопрос для обсуждения: «Как Вы понимаете такой пассаж из Белорусского Налогового кодекса:
«Налогом признается обязательный индивидуально безвозмездный платеж, взимаемый с организаций и физических лиц в форме отчуждения …» и т.д.
Как вы понимаете «платеж, взимаемый …»? Если понимать буквально, а именно так и следует понимать положения законодательства, то следует, что приходит некая сила или сущность и взимает этот самый платеж. Не так ли?
Карпич: Верно, именно так, исходя из текста, и получается.
Оспанов: Но в действительно дела обстоят совсем не так, т.е. совсем иначе. Налогоплательщик, кем бы или чем бы он ни был, самостоятельно исчисляет и самостоятельно уплачивает налоги. Конечно, взимание имеет место, но это когда налоговые органы взимают неустойки, штрафы и прочие пени.
Карпич: Дархан Кайрбаевич! Как хотите, но, как я понимаю, перед нами в самом деле ярчайший пример генетической памяти!
Оспанов: А я к этому и веду. На генетическом уровне закрепилось, что придут «налоговики» (они же княжеские тиуны, они же злые баскаки, или не менее злые братки) и возьмут все, что посчитают нужным. Заметьте, платеж именно взимается, т.е. забирается, а не перечисляется или уплачивается. Хотя, как я понимаю, платеж вообще-то осуществляется, т.е. его производит тот, кто платит.
Карпич: Эк, Вы, Дархан Кайрбаевич, с такой-то фамилией дерзаете разбираться в тонкостях русского языка! Платеж осуществляется, а никак не взимается ... Подумаешь!
Оспанов: Думайте, не думайте, но это именно так. А вообще, Вы, Александр Николаевич, правы! Именно с такой фамилией следует продираться сквозь джунгли русского языка. Беру пример с Владимира Ивановича Даля, Дитмара Эльяшевича Розенталя, Якова Карловича Грота и других чисто русских исследователей чисто русского языка и составителей справочников и пособий по нему, например, с Юрия Михайловича Лотмана.
Карпич: Дархан Кайрбаевич, только не надо меня своими пацанами пугать. Я, если чЁ, тоже шоблу соберу. Стрелку забьем и определим, в конце концов, какого рода слово «кофе»: бесцветного среднего оно рода или гордого, горячего, крепкого мужчинского!
Оспанов: Обеими руками ЗА! Еще напомним пацанам, что в именительном падеже единственного числа правильно говорить «договОр», а не «дОговор», во множественном числе именительного падежа «договОры», а не «договорА», или «дОговоры» и так далее.
Карпич: Правильно! Согласен!
Оспанов: Александр Николаевич, не надо так эмоционально!
Карпич: Дархан Кайрбаевич, ну как же без эмоций!? Ведь это так замечательно нести в массы доброе, вечное, светлое! Как Вы полагаете?
Оспанов: Полагаю номер раз: Николай Алексеевич Некрасов взывал к сеятелям:
«Сейте разумное, доброе, вечное,
Сейте! Спасибо вам скажет сердечное
Русский народ...»
Полагаю номер два: давайте просто вспомнить историю. Вся история, за исключением совсем небольшого количества случаев, показывает, что основной причиной всякого движения товаров, денег, рабочей или военной силы является, как это ни пошло звучит, жажда наживы. Наживы в любом ее виде: захват рабочей силы – рабов, товаров – дани; денег – выкупа, откупа, контрибуций. Но в любом случае, в основе всякого такого движения лежал, интеллигентно говоря, материальный интерес, а если называть вещи своими именами, то – просто грабеж.
Вот скажите, Александр Николаевич, что двигало Колумбом в его стремлении на Запад, а Ермаком – «навстречь Солнцу»?
Карпич: Не будем о великих людях говорить с таким меркантильным подтекстом. Хотя, материальный интерес, в большинстве случаев, лежал в основе великих и не очень географических открытий, и не только географических. Согласитесь, что поиск философского камня явился своего рода катализатором развития химии. Превращение свинца, ртути, меди в золото – вот что лежало в основе работы тысяч и тысяч исследователей, начиная, наверное, с самого начала человеческой цивилизации.
Оспанов: Думаю, что не только химия и география обязаны меркантильным интересом человечества. Имею, с одной стороны, явно спорное, но, с другой стороны, и сложно опровергаемое мнение о происхождении семьи, частной собственности и государства.
Карпич: Вы что же собираетесь дискутировать с классиком?
Оспанов: На счет дискуссии – это очень сильно сказано. Со стариной Фридрихом дискутировать не представляется возможным, он, к великому сожалению, не сможет живо и адекватно реагировать на мои слова. Он уже высказался, и все свое уже доказал. Респект ему и уважуха!
Александр Николаевич, вот вопрос: что было раньше – налоги или государство?
Карпич: Вот Вам обратный мяч: что было раньше – курица или яйцо?
Оспанов: Нет, это не одно и тоже. В данном случае «родителя» вполне определить можно.
Карпич: Определите, докажите, убедите …
Оспанов: Вот скажите, кто является основателем Государства Российского?
Карпич: Не знаю.
Оспанов: Согласен, не совсем корректный вопрос. Спрошу по-другому: «Кто основал первую княжескую династию в Киевской Руси?»
Карпич: Не знаю, но в книжках пишут, что и Рюрик в том числе.
Оспанов: Вот, теперь скажите, до призвания Рюрика на Руси государство было?
Карпич: Опять не знаю. Да, что Вас все в седую старину тянет? Там все настолько мифологизировано и политизировано, что выявить какие-нибудь крупицы истины, практически, не представляется возможным. Сегодня славянофилы в фаворе, завтра – западники и так далее …
Оспанов: Вопрос не в том, кем был Рюрик: германских ли кровей, или славянином, а может быть и финно-угром. Не важно. Важно, что он был варягом. А кто такой варяг?
Карпич: Да, кто такой варяг? Поделитесь своим выстраданным.
Оспанов: Ничего здесь было страдать. Все на поверхности, все ясно, как божий день. Варяги – это профессиональные разбойники; это типа братков, берущих под свою «крышу» деловых людей. Это профессия, образ жизни. Потом их дело продолжат казаки походами «за зипунами». Это уже почти в настоящее время они, в смысле казаки, утихомирились и стали опорой царю и отечеству.
В этом же славном ряду и «люди длинной воли» – фундамент и движущая сила Чингисхана. И так далее и так далее …
Карпич: Проще говоря, варяги – это юноши с необезображенными интеллектом лицами в кожаных куртках и в спортивках, а их конунги – с сурово-просветленными ликами чуваки в малиновых «пижмаках»?
Оспанов: Именно …
Карпич: Согласен. При этом у меня есть, как мне кажется, существенное дополнение, если так можно выразиться, определенный критерий по которому я отделяю, например, казака Стеньку Разина от варяга Рюрика.
Уверен, что Рюрик, в плане способов получения ресурсов для нескучной жизни, мало чем отличался от Степана Тимофеевича. Соответственно и Степан Тимофеевич совершенно был в этом вопросе солидарен с Рюриком. Но было и серьезное отличие. Так Рюрик, в отличие от Разина, обирал свой и чужой народ не только ради получения ресурсов для «пития и веселия», но и для государственного строительства.
Оспанов: Ну, Рюрик-то навряд ли был озабочен столь высокими думами и уж точно не утруждал себя их реализацией. Скорее всего, это удел Вещего Олега.
Карпич: Не буду судить ни о Рюрике, ни об Олеге. Не знаю, какие там были отношения властей предержащих с населением, но имеется одно письменное свидетельство уважаемого в широких кругах общественности человека – Нестора-летописца. В Повести временных лет он пишет о том, что в таком-то году, не помню в каком, варяги из заморья взимали дань с чуди, и со словен, и … еще с кого-то. А хазары взимали дань с полян, и еще с пары-тройки насельников по серебряной монете и по белке.
Потом года два или три никаких событий, а потом местные пацаны, то есть чудь, словены и другие изгнали варяг за море, и не дали им дани, и начали сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица. И сказали себе: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И пошли за море к варягам, к руси … Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами.»
Из этого следует, что до прихода Рюрика какие-то варяги и хазары паразитировали на трудовом народе Северной Руси. Потом, правда, у туземцев взыграло ретивое, и варягам указали от ворот поворот. А хазары, судя по всему, паразитировали и далее.
Возвращаемся в исходную точку: «Что было раньше – государство или налоги?»
Оспанов: Призвание Рюрика было в 6368 году от Сотворения Мира или в 860 году от Рождества Христова, это так, повыпендриваться, в Инете прочитал.
Если под налогами понимать разнообразные действия по изъятию (добровольное или принудительное) ресурсов у производителей этих ресурсов или их законных собственников третьими лицами, не имеющих к этим ресурсам никакого отношения, то налоги, безусловно, явили себя миру вперед государства.
Карпич: Дархан Кайрбаевич, Вы сказали, «если под налогами понимать разнообразные изъятия … в пользу третьих лиц», как это понимать?
Оспанов: Понимать эти действия следует очень широко: это и походы цивилизатора Древнего Мира Александра Македонского и его последователей, строителей блистательного Рима, это и миссионерская деятельность в Латинской Америки проповедников христианских истин типа Кортеса, Писсаро, это и сувениры великого Наполеона, которые он, торопливо покидая Москву, прихватил на память, это …
Карпич: Не надо все в одну кучу.
Оспанов: Нет, это не одна куча, это все кучки разные, т.к. у каждого из названных достойных людей именно своя куча, и делиться он ни с кем не собрался.
Кроме того, если Вы заметили, я про банальный «гоп-стоп» ни словом не обмолвился. А ведь это, пожалуй, самый распространенный и популярный вид перераспределения ресурсов. Я рассматривал только, как сказать, централизованные, организованные и систематические изъятия ресурсов.
Карпич: Конечно, «гоп-стоп» – это статья уголовного кодекса, а налоги – почти почетная, почти святая обязанность граждан …
Оспанов: Не будем забегать вперед. Александр Николаевич, вот Вы сказали, что отличаете Рюрика от Степана Тимофеевича, но в пылу наших обсуждений Вы не назвали каким образом, или, вернее сказать, какие признаки лежат в основе этих отличий.
Карпич: Степан Тимофеевич ведет себя как волк в овчарне. Налетел, сколько успел, столько и порезал овечек, даже княжну зачем-то прихватил, и наутек. Поел, попил, покуролесил и снова «за зипунами». Все! Никакой фантазии, никаких продуманных действий на долгосрочную перспективу. Живет Степан Тимофеевич одним днем. Про завтра он не думает, не обустраивает он своего завтра.
Скажу более. В истории яицкого казачества есть, на мой взгляд, очень черные страницы. Вы знаете, Дархан Кайрбаевич, что казачки из похода «за зипунами» привозили на зиму девочек, а весной, перед очередным походом, от этих девочек избавлялись.
Оспанов: ????
Карпич: Да, избавлялись, самым кардинальным образом … навсегда. И так из года в год. Вот так. Поели, попили, нагадили и дальше пошли. Вполне себе банальная уголовщина.
Совсем другое дело Рюрик. Он не ветер в поле, или на море, он, если так можно сказать, труженик, он возделывает поляну, с которой кормится. Может быть не много, но постоянно. Потихонечку собирает с мужичков нектар и амброзию, кормится. Если у мужичков спор между собой, то мудро и справедливо рассудит, если кто другой захочет попробовать какой такой нектар и амброзию мужички поставляют ко двору своего Рюрика, то Рюрик, одев шелом, облачившись в латы, взяв в руки меч, объяснит этому другому, что проявлять такое любопытство не просто неэтично, но и очень вредно для здоровья. А мужик умилится суровой мужчинскою слезою от воинских подвигов Рюрика со товарищи. Ах, отец родной, не жалея живота своего и товарищей своих, за нас сирых и убогих, в бой идет.
Оспанов: Вот, так и есть! И готов уже мужичок почти добровольно кормить-поить доброго, справедливого и отважного Рюрика, ведь если этого не делать, то придет какой-то чужой, злой, прожорливый и надо будет его кормить. А зачем кормить чужого, если вот он – РОД-НОЙ!
Карпич: А если нет такого отважного родного защитника, строго, но справедливого судьи?
Оспанов: Так призвать его надо! И путь защищает и судит нас!
Карпич: Вот, Дархан Кайрбаевич, и Вы повелись на прекрасное, но, как мне кажется, совершенно легендарное, мифическое изложение призвания Рюрика. Нет у нас князя, судить-рядить некому, защитить нас сирот некому. И вообще все дела встали. Даешь князя! И сами пошли проситься в кабалу к Рюрику! Заметьте, Дархан Кайрбаевич, сами. До этого были какие-то варяги, да прогнали их, не дали им дани. Ну и пошла замятня.
Оспанов: Александр Николаевич! Так сколько лет прошло? Кто помнит, как оно было на само-то деле? И еще. Нестор писал в Киеве, а Рюрика призвали на Северо-Западную Русь. Это ж где Господин Великий Новгород, а где Матерь Городов Русских? Это уже потом, как сообщают свидетели, жившие Бог знает сколько лет спустя после событий, Рюрик до Киева дошел, доплыл, доскакал, долетел и объявил его матерью городов русских. Сейчас, в век интернета, почти безграничного доступа к почти безграничному объему информации, и то народ дурят. А тогда! Есть основания полагать, что Нестор просто выполнял социальный заказ. Надо было придать какую-то законность правлению Рюриковичей, вот и придумали, что нижайше просили княжить, владеть, судить и вообще … работать строгим, но исключительно справедливым, мудрым прозорливым и т.д. руководителем проекта «Северо-Западная Русь». А за эти труды работодатели обязывались выплачивать некое вознаграждение.
Карпич: Дархан Кайрбаевич, что-то новое прозвучало: «Работодатели!»
Оспанов: Ну, да, именно, что работодатели. Видите ли, до Рюрика чудь, словене, кривичи и весь каким-то варягам дань платили. Потом перестали. Не буду фантазировать причину. Вполне может статься, что закончился контракт, договор найма. А продлевать его одна из сторон, а может и обе, не захотела.
Вот и объявили конкурс на занятие вакантной государственной должности – князя. Были поданы заявки, которые с пристрастием были рассмотрены, выбраны несколько наиболее достойных претендентов, а потом, после личного собеседования, было приято окончательное решение. Почему «нет»?
Карпич: Вполне может быть. Ваша интерпретация немного отличается от летописного изложения событий, но в целом идет в русле.
Оспанов: Может и в русле, только акценты совсем другие. Нестор преподносит призвание Рюрика, как следствие неразумных действий чуди, кривичей и насельников Северо-Западной Руси. Мне кажется, что Нестор пытается донести до читателя мысль о том, что эти самые кривичи со товарищи, призвавшие Рюрика, были настолько убоги, что не могли самостоятельно организовать свою повседневную жизнь. Я же полагаю, что это были вполне самостоятельные люди, занятые очень важными делами, более важными, чем, с позволения сказать, пробавляться должностью дворецкого, мажордома.
Карпич: Вы хотите сказать, что Рюрика просто наняли для выполнения каких-то функций.
Оспанов: Именно. Именно наняли. Не просто наняли, а еще и выбирали между несколькими работниками. Сейчас принято привлекать иностранных граждан в футбольные, хоккейные и прочие спортивные клубы. Более того, даже тренеров национальных сборных ищут на стороне.
Карпич: Вы имеете в виду деятельность таких товарищей как Гус Хиддинк, Дик Адвокат или Фабио Капелло?
Оспанов: И их тоже, а еще всяких бывших премьеров …
Карпич: Вы имеете в виду консультационную деятельность Тони Блэра?
Оспанов: И его тоже. Наняли – работает. Вот и все. Просто наемный работник. Вопрос в другом, что этот работник дальше сделал. Как поступил со своими нанимателями, работодателями.
Карпич: Очень может быть, что так и было. И здесь Нестору и лукавить, по большому счету, не надо. Призвали, пригласили. Факт, как говорят, имел место быть. А контекст не очень важен.
Оспанов: А Вы, что думаете по этому поводу.
Карпич: У меня не столь благородная трактовка событий. Мне кажется, что все было намного прозаичнее, грубее и пошлее.
Просто одна банда, разобралась с другой бандой, и стала крышевать и чудь, и кривичей и прочих насельников тех мест.
Со временем возникла надобность в благородстве, в широком смысле, т.е. одного благородного происхождения мало. В предводителе банд.формирования должно быть благородным все: и поступки и мысли, и взгляд и молчание и, простите за физиологические подробности, даже …
А если это так, то любой разбой должен трактоваться, как становление державности.
Оспанов: Вспомнил Игоря. Помните, как он пополюдничал у древлян? Уже ушел было из Коростеня, но зачем-то снова вернулся, и заметьте, вернулся с малой дружиной. Подозреваю, что хотел по-тихому что-то лично для себя притырить, но не получилось. Взбрыкнули древляне. Не только не дали себя пограбить, но и, в прямом смысле слова, порвали Игоря.
Карпич: Ольга жесточайшим образом отмстила (а может быть отомстила?) древлянам.
Оспанов: Отмстить, по версии Александра Сергеевича, неразумным хазарам собирался Вещий Олег. А если дело касается княгини Ольги, во крещении Елены, да в отношении древлян, да по поводу смерти законного супруга, то тут только месть. Только ото-мстить. Вернуть, так сказать, должок.
Карпич: Убедительно. Кстати, Дархан Кайрбаевич, обратите внимание на то, что деяния этой дамы оцениваются очень положительно. Вот, ото-мстила, и не просто ото-мстила, а ликвидировала, используя современные понятия, оппозицию. Не просто оппозицию, а непримиримую, наглую – местную элиту.
Ликвидировав древлянский княжеский дом, а заодно и бояр, т.е. феодальную элиту, Ольга кровью расписала на огромном баннере, кто в доме хозяин. Хотя еще и самого дома, т.е. государства, в полном смысле слова не было, но главный рэкетир обозначился. Единственный сборщик податей был объявился!
Это, как мне кажется, переломный момент. С этого и начинается древнее русское государство. Рюриковичи окончательно завоевали право обирать подвластное народонаселение, и не просто право обирать, но еще и наказывать за ненадлежащее исполнение народонаселением поставок ресурсов ко двору их величеств. Более того, было продемонстрировано, что недовольство и защита от перегибов, будет решительно караться, более того, будут караться не только непосредственно недовольные и участники действий, связанных с пресечением перегибов – это даже не обсуждается, – но будет ликвидироваться и сама ресурсная база таких выступлений, пусть даже себе и в убыток. Зато другие двадцать, нет – сто раз подумают.
Оспанов: Да с таким наглядным уроком уже никто очень долгое время и думать ничего не будет. Более того, если даже кого-то и начнет жаба душить, то соседи-родственники-знакомые-подельники-коллеги эту жабу быстро сами придушат.
Карпич: Вот и я о том же. Ольга учинила расправу не над смердами, а над представителями местной, научно говоря, автохтонной знати. Она взяла себе право Судить и Карать.
Потом будет безбашенный Свендислейф Ингварович, он же Святослав Игоревич, Равноапостольный братоубивец Владимир (а может быть Волдемар или Вальдемар) Красно Солнышко и так далее по списку, но краеугольный камень материального обеспечения деятельности государства, да и само государство, и оснований думать по-другому у меня нет, был заложен именно Ольгой.
Обратите внимание, что помимо всего прочего, необходимо было создать органы управления, создать материальную базу для функционирования этих органов. И Ольга с этим справилась.
Оспанов: Я соглашусь с Вами. Хотел Ольге противопоставить Красно Солнышко, ведь это он, по большому счету, все разрозненные и ужасно самостийные княжества, земли и народы Великого пути из варяг в греки «сковал одной цепью», цепью православия. Но одно дело дать нового Бога, другое дело «связать всё это одной целью». А тут, конечно, приоритет за Ольгой. Все так, но меня мучает следующий вопрос: Что есть государство?
Карпич: Сложный вопрос. А в контексте нашего диалога это к чему?
Оспанов: Мы рассуждаем про бюджет, налоги, а помимо этих самых налогов имеются еще и иные платежи в бюджет, а эти самые платежи включают разные платы, сборы и пошлины. Вот это к чему? Я понимаю и принимаю, что различные ветви власти следует содержать, поэтому и налоги платим, хотя … Как правильно сказать: «Налоги есть, налоги существуют?»
Карпич: Обратимся к первоисточнику. Вот, в статье 55 Кодекса говорится, что в Республике Казахстан налоги «действуют», и приводится перечень этих самых налогов.
Оспанов: Отлично! Так вот, действие отдельных налогов, с моей точки зрения, объяснить очень сложно. Они существуют, вернее, действуют, как мне кажется, в силу определенной инерции, потому что так было всегда.
Карпич: Например!
Оспанов: Всему свое время, будут примеры, «будет вам и белка, будет и свисток», но для затравки – налог на имущество.
Мне интересны «иные платежи». Почему я – гражданин Республики Казахстан, - должен, если мне это вдруг придет в голову, платить за сбор мха, лесной подстилки, опавших листьев, камыша?
Карпич: А что такое есть?
Оспанов: Есть! Разве это «богатство» мне, гражданину Казахстана, не принадлежит?
Карпич: Нет, дорогой Дархан Кайрбаевич, не принадлежит. Вот, я нашел источник Вашего недоумения. Статья 503 Кодекса устанавливает, что плата за лесные пользования взимается за определенные виды лесных пользований на участках государственного лесного фонда, в том числе и побочные лесные пользования, к которым относятся и перечисленные Вами сборы.
Далее, обратимся к другому Кодексу, к Лесному. Статья 6 Лесного Кодекса устанавливает, что государственному лесному фонду относятся:
1) леса естественного и искусственного происхождения (включая лесные и нелесные угодья) на землях особо охраняемых природных территорий;
2) леса естественного и искусственного происхождения, а также не покрытые лесной растительностью земельные участки, предоставленные для нужд лесного хозяйства, на землях государственного лесного фонда;
3) защитные насаждения на полосах отвода железных и автомобильных дорог общего пользования международного и республиканского значения, каналов, магистральных трубопроводов и других линейных сооружений шириной десять метров и более, площадью более 0,05 гектара.
При этом, в статье 7 Лесного Кодекса устанавливается, что Государственный лесной фонд в Республике Казахстан относится к объектам государственной собственности и находится в республиканской собственности.
При этом, в статье 4 этого же Кодекса дается следующее определение:
лес – природный комплекс, формирующийся на определенной территории, на основе совокупности древесной и кустарниковой растительности и других компонентов живой природы, взаимодействующий с окружающей средой и имеющий важное экологическое, экономическое и социальное значение.
Оспанов: Таким образом, государство вполне себе разумно устанавливает плату за сбор этой растительности?
Карпич: Естественно.
Оспанов: А если никто эту растительность, даже при том, что она находится в республиканской собственности, не собирает, то она, невостребованная, потихоньку превращается в гумус.
Карпич: Совершается круговорот веществ в природе.
Оспанов: А если собираешь, то плати. Разумно. Во времена Пушкина сборщиц ягод заставляли петь, помните в Онегине:
В саду служанки, на грядах,
Сбирали ягоду в кустах
И хором по наказу пели
(Наказ, основанный на том,
Чтоб барской ягоды тайком
Уста лукавые не ели ….

А в наше время, в наши дни – плати!
Таким образом, государство это уже не коллектив сотрудников, нанятый для управления домашним хозяйством. Это даже не машина, как писал дедушка Ленин, для угнетения одного класса другим, машина, чтобы удержать в повиновении одному классу прочие подчиненные классы. Это, грубо говоря, не претендую на оригинальность или какие-либо обобщения, есть некий хозяйствующий субъект, имеющий на балансе некую собственность.
Карпич: Дархан Кайрбаевич, в прошлой беседе мы слегка коснулись вопроса финансовой отчетности государства.
Оспанов: Как же, помню, помню. Но, как мы с Вами выяснили, баланса нет, т.е. нет документа, в котором на одной стороне листочка было бы приведено стоимостное измерение активов, а на другой – источники формирования этих активов.
В Конституции закрепляется, что земля и ее недра, воды, растительный и животный мир, другие природные ресурсы находятся в государственной собственности. Земля может находиться также в частной собственности на основаниях, условиях и в пределах, установленных законом.
Цитирую статью 192 Гражданского кодекса Республики Казахстан:
«Государственная собственность выступает в виде республиканской и коммунальной собственности.
Республиканская собственность состоит из государственной казны и имущества, закрепленного за государственными республиканскими юридическими лицами в соответствии с законодательными актами.
Средства республиканского бюджета, объекты государственной собственности, перечисленные в статье 193 настоящего Кодекса, и иное государственное имущество, не закрепленное за государственными юридическими лицами, составляют государственную казну Республики Казахстан.»
Теперь обратимся к статье 193:
«Земля, ее недра, воды, растительный и животный мир, другие природные ресурсы находятся в государственной собственности. Земля может находиться также в частной собственности на основаниях, условиях и в пределах, установленных законодательными актами.»
Карпич: Вот, Дархан Кайрбаевич, Вы практически и ответили на свой вопрос: законами за государством закрепляется право иметь в собственности некое имущество, более того, Президент устанавливает перечень имущества, которое может находиться исключительно в государственной собственности. И, согласитесь, имея в собственности столько всего хорошего, полезного, вкусного, интересного и прочая, прочая, прочая и не взимать плату за пользование этими прелестями было бы неразумно.
Оспанов: И то верно. Но возвращаюсь к прерванной мысли относительно возможности рассматривать государство в качестве хозяйствующего субъекта.
Карпич: А корректны ли такие параллели?
Оспанов: Почему нет? По поводу имущества определились, что за государством закреплено право быть собственником, а в особых случаях – исключительным собственником. Скажу больше, Вы, Александр Николаевич, напрасно печалитесь о том, что нет баланса государства в его классическом, в смысле баланса, виде. Есть реестр государственного имущества, который представляет собой, как указывается в статье 1 Закона Республики Казахстан «О государственном имуществе», единую информационную автоматизированную систему учета государственного имущества, за исключением имущества, находящегося в оперативном управлении специальных государственных органов, и государственного материального резерва.
Министр финансов, в целях единообразия предоставления информации в единую информационную автоматизированную систему учета государственного имущества, своим приказом утвердил формы, объем и периодичность передачи данных в реестр государственного имущества. Так что учет и контроль налажен.
Карпич: Ну, слава Богу, свершилось! Собственник, наконец, узнает чего и сколько у него есть, пусть без государственного материального резерва, но все же … На безрыбье, как говорится, и рак рыба.
Кстати, Вы видели эти формы?
Оспанов: Вот открыл Әділет и любуюсь.
Карпич: Как Вы смотрите на то, чтобы совершить небольшую экскурсию по этим формам?
Оспанов: Почему бы и нет.
Карпич: Начнем с самого начала с самого первого приложения, которое называется «Форма и объем передачи данных в реестр государственного имущества по объектам недвижимости, зарегистрированным за государственными юридическими лицами, их филиалами и представительствами».
Обратите внимание на название графы 15.
Оспанов: В пятнадцатой графе приводится налогооблагаемая стоимость объекта недвижимости, единицы измерения – тенге. Что не так?
Карпич: А что Вы так взволновались?
Оспанов: Если Вы с такими интонациями обращаете на что-то внимание, то явно что-то нет так. Вас смущают единицы измерения? Почему в тенге, а не в тысячах тенге?
Карпич: Нисколько меня это не волнует, пусть хоть в тиынах указывают. Скажите, что есть государственные юридические лица?
Оспанов: Это государственные предприятия и государственные учреждения.
Карпич: Как Вы думаете, уважаемый Дархан Кайрбаевич, что значит «налогооблагаемая стоимость объекта недвижимости»?
Оспанов: То и значит!
Карпич: То есть это значит то, что объект недвижимости, извините за вынужденные повторы, является объектом налогообложения?
Оспанов: Это же очевидно!
Карпич: Из контекста формы, как мне кажется, речь идет о налоге на имущество?
Оспанов: Думаю, что так оно и есть.
Карпич: Вспомним тех счастливцев, которые не платят налог на имущество.
Оспанов: Налоговым кодексом устанавливается, что налог на имущество при соблюдении определенных условий не платят крестьянские или фермерские хозяйства, без соблюдения каких либо условий не платят налог на имущество государственные учреждения …
Карпич: Спасибо, достаточно. Если на балансе государственного учреждения имеется объект недвижимости, то графа 15 по этой строке заполнена не будет, а если так, то сказать что-либо вразумительного о стоимости объектов недвижимости, зарегистрированных за государственными юридическими лицами, их филиалами и представительствами не представляется возможным. Более того, она может ввести в заблуждение пользователей. Если существуют такие риски, то зачем такая информация вообще нужна? Зачем тратить ресурсы на ее сбор, обработку и т.д.?
Оспанов: В качестве источника, из которого можно черпать информацию по стоимости государственного имущества, реестр и не задумывался. Однако, в нем содержится много иной полезной информации.
Карпич: Дархан Кайрбаевич, мы как-то незаметно отклонились от основной темы. Предлагаю следующие наши посиделки посвятить государственному имуществу. Предлагаю широко охватить эту тему, а чтобы закончить разговор про реестр на мажорной ноте предлагаю оценить выдержку из утвержденных в 2015 году приказом Министра финансов Правил ведения реестра государственного имущества.
Чтобы не переврать ни одной буквы зачитываю из системы Әділет:
«Объекты учета подразделяются на закрепляемые и не закрепляемые за государственными юридическими лицами.
К не закрепляемым объектам учета относятся: земельные участки, находящиеся в землепользовании, принадлежащие государству акции акционерных обществ и доли участия в уставном капитале товариществ с ограниченной ответственностью, объекты национального культурного достояния, принадлежащие государству.
К закрепляемым объектам учета относится государственное имущество, закрепленное за государственными юридическими лицами - долгосрочные активы, включающие в себя основные средства, инвестиционную недвижимость, биологические активы, нематериальные активы, незавершенное строительство и долгосрочные активы, предназначенные для продажи.»
Оспанов: Не улавливаю логику.
Карпич: В чем?
Оспанов: Почему основные средства относятся к закрепляемым объектам, а акции и доли участи к не закрепляемым? Чем закрепляемые отличаются от не закрепляемых? На сколько я в курсе, в бухгалтерском учете государственных учреждений, которыми, в том числе являются и министерства, есть специальные счета, на которых учитываются как краткосрочные, так и долгосрочные финансовые инвестиции, резерв на их обесценение и так далее в разрезе доходов и расходов.
Карпич: Ну, вот видите, сколько нам открытий чудных готовит законодательство по управлению государственным имуществом.
Оспанов: Отвлеклись немного от столбовой дороги нашей беседы, давайте возвращаться. Что думаете на счет рассмотрения государства в качестве некоего хозяйствующего субъекта?
Карпич: Не знаю, как-то неожиданно, но что-то в этом есть. По крайней мере можно четко выделить органы управления, разнообразные ресурсы, в том числе и трудовые, и финансовые, и природные. Наверное, с определенной долей условности, думаю, что можно. А зачем Вам это надо, к чему это все?
Оспанов: Кажется, что так мне будет легче понять почему действуют те или иные налоги.
Просто государство сегодня представляет не вполне наемный аппарат, призванный за некую мзду обеспечивать своих работодателей некоторые комфортные условия проживания. Государство, или правильнее было бы сказать некие группы людей, из обслуживающего персонала превратились в различные виды власти, и для осуществления своих властных полномочий накладывает на своих бывших работодателей некие финансовые повинности. Работодатель превратился в источник обеспечения этих групп ресурсами. Теперь, образно говоря, не я заказываю музыку, хотя и являюсь поставщиком определенных ресурсов, а мне заказывают музыку.
Карпич: Скажите спасибо, что не печального Шопена.
Оспанов: Ну, с неуклонно повышающимся пенсионным возрастом Шопен вообще неактуален, забудется скоро. Так и будем распевать что-нибудь бодрое из комсомольско-пионерско-октябренского вчера, типа «Вместе весело шагать по просторам, и конечно припевать лучше хором!»
Карпич: На этой задорной ноте предлагаю закончить наш второй диалог. Следующие говорилки будем говорить уже про налоги.
Оспанов: Да, будем говорить о налогах. Посмотрим, что делается у наших братьев по Евразийскому братству, покажем, что у нас.
Александр Николаевич, спасибо за увлекательную беседу.
Карпич: И Вам, Дархан Кайрбаевич, не хворать.
Легенда о добровольном рабстве

 
Разместил: Karpich2

 

Www.IstMira.Com