Добро пожаловать!
Www.IstMira.Com


  
 

Добавить новость на сайт.

Зарегистрируйтесь на сайте
после сможете добавить свои новости.Регистрация

 

 

 

Контакты

 

 

логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Структурный экономический кризис 1970-х - начала 1980-х гг.

Первая половина 1970-х гг. оказалась переломной для развития индустри­альной экономической модели. Толчком для ее радикальной перестройки стал «нефтяной шок» 1973 г. Неудачное участие Египта и Сирии во второй арабо-израильской войне заставило арабские страны, занимавшие ведущие позиции в Организации стран - экспортеров нефти (ОПЕК), использовать свое положение для экономического давления на западные державы. В октябре 1973 г. ОПЕК приняла беспрецедентное решение о повышении цен на нефть с 3 до 11,65 долл. за баррель (159 куб. дм). Несмотря на урегули­рование политических аспектов кризиса, жесткая политика ОПЕК на нефтя­ном рынке сохранялась и в последующие голы - к 1982 г. цена за баррель нефти возросла уже до 34 долл. Это поставило экономику развитых индуст­риальных стран на грань глобального энергетического кризиса.

Ведущие отрасли промышленного производства - машиностроение, химическая и сталелитейная промышленность, черная и цветная металлур­гия, традиционно базировались на энергозатратных технологиях, и их развитие требовало постоянного увеличения энергетической базы. На про­тяжении 1950-1960-х гг. благодаря стабильным и низким ценам на мировом нефтяном рынке США и европейские страны могли устойчиво наращивать импорт нефти и даже сокращать ее добычу на своей территории. Только в США в 1960-х гг. потребление нефти увеличивалось на 6 % ежегодно при сокращении добычи на 1,5 %. «Нефтяной шок» 1973 г. положил конец этому беспечному «благоденствию».

Резкий подъем цен на нефть не только привел к огромным убыткам, падению промышленного производства и сокращению инвестиций, но и вызвал необходимость технологической переориентации всей промышлен- f              ной базы. В долгосрочной перспективе это имело позитивное значение.

Сокращение потребления нефти заставило более интенсивно разрабатывать и внедрять энергосберегающие технологии. За счет расширения добычи и использования угля, развития атомной энергетики более сбалансированной стала структура потребления энергоносителей. Разработка новых место­рождений нефти на шельфе Северного моря и на Аляске в дальнейшем I         пошатнула гегемонию ОПЕК на мировом нефтяном рынке. Однако для этих

изменений требовалось время и немалые дополнительные инвестиции.

Менее чем через год после «нефтяного шока» экономика западных стран была ввергнута в кризис перепроизводства - первый классический кризис за весь послевоенный период. Увеличение издержек производства, связанных с повышением цен на нефть, привело к росту себестоимости продукции почти всех отраслей хозяйства. Когда товарные запасы, имевши­еся осенью 1973 г.. закончились, то начался стремительный рост оптовых и розничных цен. Вызванное им сокращение платежеспособного спроса в


сочетании с ухудшением инвестиционного климата привело к снижению уровня производства на протяжении девяти месяцев 1974 г. Падение про­мышленных показателей в США составило 15%, в Италии и Франции - 14%, в ФРГ - 8 %, в Великобритании - 7%. Кризис перепроизводства вызвал рост безработицы, что, в свою очередь, еще больше сокращало потребительский спрос и уровень инвестиционной активности.

Особенностью кризиса 1974 г. стало быстрое ухудшение конъюнкту­ры именно в передовых, науко- и капиталоемких отраслях. Под ударом оказались предприятия и кампании, связанные со всемирно известными крупнейшими корпорациями и банками. Поэтому кризис 1974 г. не стал обычным «фильтром», отсеивающим наименее конкурентоспособных про­изводителей. Он породил общую долговременную стагнацию индустриаль­ной производственной системы.

В 1976-1979 гт. в странах Запада наметился экономический подъем, но его темпы (средний ежегодный рост на 2,4 %) были несравнимы с динамикой предыдущих лет. По-прежнему были сильны инфляционные процессы, высок уровень безработицы. Накапливались бюджетные дефици­ты. В конце 1970-х гг. произошел второй «нефтяной шок» - после сверже­ния в 1979 г. шахского режима в Иране и начала ирано-иракской войны страны ОПЕК повысили цены на нефть в два раза. В этой ситуации наиболее пострадали развивающиеся страны. Их внешняя задолженность выросла к концу 1981 г. до беспрецедентной суммы в 530 млрд долл. Ведущие страны Запада оказались в более выигрышном положении. Боль­шая часть доходов стран ОПЕК была размещена на депозитах в западных банках. США для компенсации финансовых потерь с успехом использовали наращивание банковских процентных ставок и рост курса доллара. Но эти факторы не смогли предотвратить наступление нового циклического кризи­са. В 1980-1981 гг. суммарный объем промышленного производства вновь существенно снизился. Масштабы кризиса оказались меньшими, чем в 1974-1975 гг., но и они превосходили обычные для послевоенного периода рецессии. В ведущих индустриальных странах сокращение объема произ­водства достигало 7-8 %. Становилось очевидно, что негативная динамика экономического развития отражает процессы более глубокие, нежели коле­бания нефтяного рынка. В основе ее лежала долговременная тенденция перенакопления капитала.

Признаки относительного перенакопления капитала начали проявляться уже на рубеже 1960-1970-х гг. Тогда начала уменьшаться скорость прироста производительности труда в промышленных отраслях, повысились удельные издержки производства (опережающий рост цен материальных издержек производства по сравнению с ростом цен на готовую продукцию). В то же время основной показатель относительного перенакопления - снижение нор­мы прибыли - долгое время не проявлялся. Это являлось результатом широ­комасштабного вмешательства государства в экономическую сферу. Стимули­рующая налоговая политика, льготное изменение нормы процента, прямое инвестирование со стороны государства, а также прямое или косвенное стимулирование потребительского спроса позволяли сохранять общий объем прибыли на достаточно высоком уровне. В свою очередь, это укрепляло стремление предпринимателей удерживать высокую норму накопления капи­тала, сохранять прежние темпы роста производственных мощностей. Таким образом, срабатывал обычный для монополизированной экономики механизм искусственного замедления перепроизводства-. Предприниматели, не желая терять рынки сбыта и сохраняя уверенность в модели массового производства и потребления, до последней возможности пытались компенсировать сниже­ние эффективности производства ускоренным ростом его объема. Кейнсианс- кая система государственного регулирования, впервые столкнувшаяся с нара­станием структурных противоречий, не столько лечила эту болезнь, сколько загоняла ее вглубь.

Стремление предпринимателей искусственно сохранить норму на­копления капитала вело к изменению структуры прибыли. Снижение доли самофинансирования в общем объеме капиталовложений, сокращение собственных внутренних ресурсов накопления вело к возрастанию роли внешних источников финансирования - банковских займов, государствен­ных кредитов, дополнительного акционирования. Но это увеличивало и долю гак называемой «распределенной прибыли», которая передавалась внешним инвесторам и акционерам. Такое скрытое снижение нормы прибыли прослеживалось уже в конце 1960-х гг. А с 1969-1970 гг. начинается и прямое сокращение показателей нормы прибыли. События 1973 г. лишь ускорили этот процесс. Последовавший за ними скачок цен и начало циклического кризиса перепроизводства стали, таким образом, классическим прологом структурного экономического кризиса. Очередная «кондратьевская волна» завершилась.

Структурный кризис 1970-х гг. был вызван снижением эффективности «смешанной экономики», основанной на сочетании массового производства, монополистической конкуренции и кейнсианского регулирования. Сработали все разрушительные особенности «Великой депрессии» - «замораживание» совокупного предложения и спроса под воздействием структурных особенно­стей монополизированной экономики, невозможность «ценового выхода» из кризиса. Но если в 1930-х гг. эти противоречия были преодолены с помошью государственного стимулирующего вмешательства, то теперь государствен­ное регулирование превратилось в еще один кризисный фактор.

Пагубное влияние кейнсианского регулирования выразилось в совер­шенно новом экономическом явлении -стагфляции (сочетание стагнации производства с ростом инфляции). Инфляция никогда не возникала в ходе обычных кризисов перепроизводства. Увеличение потребительских цен было невозможно на фоне общего снижения платежеспособного спроса и активизации ценовой конкуренции производителей. Но во второй половине XX в. инфляционные процессы коренным образом изменились. Уже в 1950- 1960-х гг. умеренная инфляция (так называемая «ползучая инфляция» - в пределах 2-3 % в год) стала нормой. В начале 1970-х гг. ее уровень начал достигать 8-10% (так называемая «ин тенсивная инфляция»), С началом же структурного кризиса инфляция не только не уменьшилась, но и перешагну­ла 10 %-ную отметку (так называемая «галопирующая инфляция»).

Устойчивое наращивание инфляции было результатом самых распрос­траненных кейнсианских методов регулирования - стимулирования сово­купного спроса посредством дефицитной бюджетной политики, создания избыточных кредитных денег (развития различных форм кредита, опережа­ющего реальный рост доходов населения). Кейнс считал, что такая инфля­ционная политика не приведет к обвалу рынка, поскольку стимулирует реальное производство, за счет налогообложения которого рано или поздно будет ликвидирован и бюджетный дефицит. Но долговременное «накачива­ние» рынка массой избыточных денежных средств в 1960-х гг. создало кумулятивный эффект. Инфляция начала развиваться по спирали - эмиссия денежных знаков вызывала рост цен, рост цен требовал для обращения увеличения денежной массы, новый виток эмиссии порождал очередную волну инфляции и т.д. «Замкнутый инфляционный бег» подрывал механизм саморегулирования рыночной экономики. Особую остроту этой ситуации придавала проблема хронического бюджетного дефицита.

Образование устойчивого бюджетного дефицита в большинстве стран Запада также было следствием роста бюджетных расходов в эпоху расцвета «государства благосостояния». Из европейских стран только Швеции удава­лось в 1960-1970-х гг. сохранять положительное сальдо бюджета. В Италии удельный вес государственного долга по отношению к ВВП только в 1970- 1976 гг. вырос с 29 до 60 %, в Австрии - с 19 до 30 %, в ФРГ - с 18 до 27%. Энергичные меры позволили правительствам некоторых стран улучшить саль­до госбюджета в 1970-х гг., но сам государственный долг практически нигде не был ликвидирован. Так, например, в Нидерландах удельный вес долга в ВВП сократился за это время с 68 до 39 %, в Великобритании - с 86 до 62 %.

Обеспечение внешнего и внутреннего долга требовало привлечения все больших средств. Если в середине 1960-х гг. доля неторговых платежей в международных расчетах составляла 60 %, то к концу 1970-х гг. она уже достигла 80 %. В развитых индустриальных странах проблема хроническо­го бюджетного дефицита хотя бы отчасти решалась дополнительной эмис­сией и ростом процентных ставок банковских кредитов. А вот развивающи­еся страны оказались просто не в состоянии обеспечивать растущий вне­шний долг. Складывались предпосылки для возникновения глобальной проблемы неплатежей по задолженности коммерческим банкам, что в свою очередь наносило удар и по экономике ведущих стран Запада.

Нарастание инфляционных процессов в странах создало принципиаль­но новую ситуацию в сфере валютного регулирования. Международная валютно-финансовая система, основанная на «золотом стандарте», оказалась под угрозой развала. Его первым симптомом стало падение фунта стерлингов в 1967-1968 гг. Снижение его золотого содержания на 14 % вызвало цепную реакцию и валютный кризис в 25 странах стерлинговой зоны. Спустя полтора года та же ситуация повторилась после снижения французским правитель­ством золотого содержания франка на 11 % и последовавшего затем падения курсов национальных валют 14 африканских стран, входящих в зону франка. Стремительно ухудшались и позиции доллара. К 1970 г. из-за растущей диспропорции платежного баланса золотой запас США сократился до 11 млрд долл. В то же время долларовые авуары за границей (в государственных и коммерческих банках) уже достигали примерно 50 млрд. Обеспечение кон­вертируемости доллара в золото оказывалось все более затруднительным. Американское правительство предпринимало активные попытки остановить наступление валютного кризиса. Но 15 августа 1971 г. президент Р.Никсон был вынужден официально объявить о временной приостановке обмена долларов на золото по официальному курсу. Последовал ввод «плавающих» (нефиксированных по отношению к доллару) курсов национальных валют всех остальных ведущих индустриальных стран. Бреттон-Вудская валютно- финансовая система распалась.


Итак, на фоне двух циклических кризисов перепроизводства 1974 и 1981 гг. экономика ведущих стран Запада оказалась втянута в длительный структурный кризис - кризис «смешанной экономики», основанной на сочетании массового производства, монополистической конкуренции и го- . сударственного регулирования «совокупного предложения» и «совокупного «спроса». Использование кейнсианских методов антикризисной политики не принесло успеха ни в одной из стран Запада. Ярким примером стал провал «левого эксперимента» во Франции, когда после прихода к власти социалистов в 1981 г. была осуществлена крупномасштабная национализа­ции, реализованы новые программы регулирования трудовых отношений и расширено финансирование социальных статей бюджета. Результатом стало массовое «бегство капиталов» за границу, свертывание деловой активности и еще большее нарастание социальной напряженности. После полутора лет «левого эксперимента» французскому правительству пришлось полностью отказаться от этой стратегии и перейти к «политике экономии».

Отказ от кейнсианских рецептов государственного регулирования сам по себе не создавал необходимых оснований для выхода из структурного кризиса. Для восстановления достаточной нормы прибыли требовалась сложная перестройка всей структуры капиталовложений, основных моде­лей предпринимательства, организационной структуры бизнеса. К тому же речь шла не только о кризисе «смешанной экономики» кейнсианского образца. Изжила себя сама «затратная» экономическая модель, основанная на постоянном наращивании ресурсной базы обшественного воспроизвод­ства. В этом плане кризис 1970-х гг. завершал не только очередную «конд­ратьевскую волну», но и всю историю экономической модернизации «по- капиталистически».

Почти пятивековая история капитализма была сопряжена с периоди­ческими структурными кризисами, каждый из которых не только создавал новую экономическую модель (мануфактурный капитализм, фабрично-за­водской акционерный капитализм, монополистический капитализм, «сме­шанная экономика»), но и приводил к новой волне наращивания капитало­емкости и энерговооруженности производства, сырьевой базы и трудовых ресурсов. Под эгидой «государства благосостояния» в эпоху НТР этот процесс достиг своего пика - для экономического роста была задействована вся общественная система, включая политические, административные, со- циально-психологические и интеллектуальные ресурсы. В ведущих странах Запада в 1950-1960-х гг. суммарная квота капиталовложения составляла уже 27 % от ВВП, что значительно превосходило показатели и начала и конца века. Достигнутый экономический взлет оказался фантастическим, но ресурсной базы для нового рывка уже не было. Планетарная экосистема оказалась под угрозой. Для выхода из структурного кризиса в этой ситуации требовалась не только новая организационная модель производства, но и совершенно новая социально-экономическая философия.


Легенда о добровольном рабстве

 
Разместил: admin

#1 написал: Ника (Посетители) (15 октября 2014 12:14) [цитировать]
Замечательно все описано.
Добавление комментария.  
Ваше Имя:*
E-Mail:*
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
Вопрос:
2+три=?
Ответ:*


 

Www.IstMira.Com